Тайная жемчужина

А я только что вернулся из Бельгии и все еще был влюблен в нее, или, скорее, в особу, за которую ее принимал.

Она шумно вздохнула.

– Но с того момента, когда Памела родилась, она принадлежит мне. Я готов умереть за нее. И если бы возник вопрос об аннулировании моего брака, то я не пошел бы на это из-за нее. И если я вынужден буду выбрать между нею и вами. Флер, а так может случиться, то я выберу ее.

Она прижалась головой к его груди.

– Да, – согласилась она. – Да.

– Вы ненавидите меня за это? – спросил он.

– Нет.

– И все-таки я вырвал у вас ночь для себя, – возразил он. – Это эгоистично и морально не правильно, как выразился бы ваш друг-священник. – Он коснулся ее волос губами. – Но мне не хочется говорить. Я хочу любить вас хотя бы еще один раз. И хочу, чтобы вы знали: впредь я буду верен вам и стану думать о вас как о своей жене.

– Один миг вечности, – сказала она, дотрагиваясь до его губ кончиками пальцев. – Это прекрасно, и не надо никаких слов. Я никому не отдам этого мгновения, даже если бы мне пообещали взамен лишних десять лет жизни, Адам.

Она повернулась на спину, протянула к нему руки, и он снова лег на нее.

Вид за окном экипажа становился все более знакомым, когда они стали подъезжать к дому. Почти всю дорогу они сидели молча, плотно прижавшись плечами друг к другу, крепко держась за руки.

– Осталось всего несколько миль? – спросил он.

И он сжал ее руку еще крепче.

– Вам надо уладить дело с Броклхерстом, – сказал он. – Необходимо забрать у него хотя бы часть ваших денег до того дня, когда вам исполнится двадцать пять лет. Вы должны жить в определенном комфорте.

– Да, – снова согласилась она.

– Я попрошу Хаутона проследить за этим.

И снова воцарилось молчание.

– Я не смогу больше приехать сюда. Флер, – сказал он. – И даже не имею права писать вам.

– Да, я понимаю, и мне тоже нельзя.

– Можете ли вы пообещать мне, что если у вас возникнут трудности, то вы напишете Хаутону? Обещаете мне?

– Только в самом крайнем случае, – сказала она. – А вообще нет, Адам. Скорее всего нет.

– Флер, – сказал он, – если вы беременны…

– Я не беременна, – сказала она.

– Если это все же так, – сказал он, поднеся ее руку к своим губам, – вы должны дать мне знать. Я знаю, вы постараетесь скрыть от меня это. Но вы обязаны мне сообщить.