Тайная жемчужина

Хотя она изменила имя, ее в любой момент могут разоблачить…

Рано или поздно кто-нибудь непременно ее узнает, если она каждый вечер будет стоять у театра на Друри-лейн.

А что, если Мэтью приедет в Лондон? А кузины Кэролайн и Амелия приехали сюда даже раньше, чем она.

Вечером Салли снова постучала в дверь, но Флер и на сей раз не отозвалась.

Адам Кент, герцог Риджуэй, сидел в кабинете своего лондонского дома на Ганновер-стрит.

– Ну?.. – Он пристально посмотрел на Питера Хаутона.

Питер, секретарь герцога, покачал головой.

– Но у нее довольно необычное имя, – возразил герцог. – Вы стучались во все двери?

– Я обошел три улицы, – ответил секретарь, пытаясь скрыть свое раздражение. – Может, она назвалась вымышленным именем, ваша светлость.

Герцог задумался… Он вспомнил, что видел рядом с театром агентство по найму прислуги. Может быть, она зайдет туда в поисках работы? Но будет ли она теперь искать работу?

– Вот что, Хаутон… – герцог наконец принял решение. – Вам придется нанять для меня нового слугу.

Вернее, гувернантку… Да, именно гувернантку. Мне кажется, она для этого подойдет. Зайдите в агентство на Друри-лейн.

– Вам нужна гувернантка? – удивился секретарь.

– – Да, для моей дочери, – кивнул герцог. – Ей уже пять лет, и кто-то должен с ней заниматься.

Питер Хаутон деликатно откашлялся.

– Прошу прощения, ваша светлость, но мне показалось…

Ведь эта девушка – проститутка, не так ли? И что скажет леди Сибилла, когда… – секретарь осекся.

Взглянув в лицо хозяина, он понял, что лучше не спорить.

– Вам придется провести в этом агентстве несколько дней, – сказал герцог. – А я буду прилежно посещать театр.

Хаутон молча кивнул. Герцог встал из-за стола и стремительно вышел из комнаты. Поднимаясь по лестнице в свои апартаменты, он думал о девушке, назвавшейся именем Флер.

«Каждая проститутка когда-то была девственницей», – вдруг вспомнились ему слова Уильяма Блейка <Уильям Блейк (1757 – 1827) – английский поэт и художник.

>. Так что нет причины переживать из-за того, что он, Адам, лишил девушку невинности. Если бы не он, так кто-нибудь другой сделал бы то же самое, раз уж она сама на это решилась. И почему он все время о ней думает? Ведь в этой девушке не было ничего особенного…

И все же он не мог о ней забыть. Всю ночь герцог Риджуэй вспоминал бледную худенькую девушку, думал о том, что, наверное, только бедность и отчаяние толкнули ее на этот путь.