Я твой босс в любое время, а ты моя послушная исполнительная помощница.
Эх, и этот человек говорил мне, что нужно строго придерживаться рабочего расписания. Ага, а сам теперь заявляет, что работа станет круглосуточной. Другой вопрос, что это будет за работа, от одной только мысли о которой я дико краснею.
– Я все же хотела бы заехать к себе домой.
– После работы заедем. За вещами. Но много брать не нужно, потом заедем в магазин обновить тебе гардероб.
Три тысячи чертей!
– Ни за что. Я не даю согласие на это вот все.
Шеф кинул на меня снисходительный взгляд, но сразу вернул внимание дороге. На лице мужчины играет веселая усмешка. Развлекается за мой счет.
– Ну, попробуй меня переубеди, Леся.
– Я?! Переубедить? Не буду я ни в чем тебя переубеждать, просто отказываюсь, и все."
"Спорить все-таки пришлось. Долго, до хрипа. Этот мужчина смог расколоть мое обычное спокойствие своей бараньей упертостью и наглой самоуверенной улыбочкой. Выторговать себе сумела пока что только утренний заезд домой, чтобы переодеться, при этом почувствовала себя после этого как человек, покоривший гору.
И, надо заметить, договориться о том, чтобы босс меня не ждал и ехал на работу, не вышло, так что приедем мы одновременно, вместе, опоздав. Блин.
Ох, страшно. Но, в любом случае, после работы домой я поеду к себе, причем своим ходом, и ничего Маркович не сделает. У нас не каменный век, когда понравившуюся девушку хватают за волосы и в пещеру. И вообще, поставлю ультиматум.
Пока, извиняюсь, трусы не вернет, никаких свиданий, а то так одежды не напасешься.
Мама оказалась дома, причем совершенно спокойная и безмятежная. Оказывается, ей Александр вчера позвонил и «отпросил» меня на ночь, пояснив, что я случайно уснула и забыла позвонить сама, и он не хочет меня будить. Уф, думаю, будь мне около восемнадцати, мама бы устроила скандал, а так только ручкой помахала на прощание, когда я собралась, и попросила передать Александру привет и приглашение в выходные на пироги.
Ох, это мама решила его к дому приручить? Пироги это прямо тяжелая артиллерия.
Откровенно боялась появляться на работе, но сам приход не был ужасен. Почти свободный лифт, поскольку большинство сотрудников уже явилось на свое рабочее место, никаких осуждающих и «знающих» взглядов, какие я уже себе успела нафантазировать, не было. Возле закрытой приемной нет очереди из страждущих что-то подписать.
