Он сдал еще и мой список с мыслями о ребенке!
– Козел, – устало констатировала я и повисла у Герради на плече. Устала что-то.
Александр этак сочувствующе погладил меня по филейной части и усадил в машину, верх открыт, так что ему это не составило большим проблем, лично пристегнул и пригрозил:
– Дернешься бежать, все равно поймаю, и на самом деле запру в спальне.
Сложила руки на груди и отвернулась от мужчины в знак протеста.
Вскоре босс сел за руль. Машина зарычала и рванула с места. Алекс даже свой любимый навигатор не включил.
Правда и ехали мы недолго. Хотя какой там ехали, гнали. Я даже занервничала, причем не за себя стала бояться, а за маленькую новую жизнь, и только поймав себя на этой мысли, поняла, что все, кажется решение мной подсознательно принято. Я уже переживаю и думаю о ребенке, и как бы что не повернулось, а это уже мое, личное, родное.
– Не гони так, – тихо попросила я Александра, и тот тут же сбавил скорость, а потом и вовсе, завернул в какой-то поселок, проехал еще немного и остановился в чистом поле.
Мужчина отстегнул свой ремень, затем нагнулся ко мне, тут же отстегнул и, несмотря на то что попыталась отпихнуть его руки, перетащил меня к себе на колени. С силой сжал в объятиях.
– Наконец-то. Как же я скучал.
Не могу двинуться, Алекс держит так, что и вздохнуть лишний раз трудно.
Молчу. Жду, когда мою безучастность заметят, но мужчина не хочет этого замечать, в глазах его теплота и радость.Геррарди проводит рукой по моим волосам, гладит щеку, и, придерживая за затылок, чтобы не смогла отклониться наклоняется и целует, легко, нежно, и в то же время быстро и нетерпеливо.
Целует губы, мои мокрые от слез щеки, глаза, лоб, виски. У меня нет сил все это прекратить, мне это нравится, я получаю от этого удовольствие. Я знаю, что ничего не могу противопоставить Александру, когда нахожусь в его объятиях, и он это знает, без зазрения этим пользуясь. Не просто так я не хотела встречаться с шефом лицом к лицу. Не отвечаю, но и не отворачиваюсь. Так тепло, уютно, хорошо.
Я словно сидела на диете, а теперь появился мой персональный человек-торт.
– Пирожок, давай поговорим, – оторвавшись от меня, с хрипотцой в голосе произнес Александр. Мужчина тяжело дышит, зрачки расширены, руки Алекса сейчас с нажимом, нетерпеливо гладят то мои коленки, то бедра. Меньше всего похоже, что босс настроен на разговоры.
– Угу, давай. – Руки мне освободили, потому я не сдерживаясь, стукнула Александра кулаком в район селезенки. Мужчина охнул.
