Мы хорошо провели время на авиашоу, много гуляли и просто развлекались. То и дело Алекс находил момент чтобы украсть мой поцелуй. Сначала короткие, легкие, невообразимо романтичные, к вечеру эти поцелуи между нами становились все более долгими и томными. И практически все время Александр крепко держал меня за руку, словно опасаясь, что сбегу или потеряюсь. Никакой работы, никаких условностей. Только я и Гераррди, теперь открыто и обо всем со мной разговаривающий, невообразимо нежный, предупредительный, спокойный и уверенный.
Рядом с таким Александром, оказалось очень трудно помнить плохое, да и не хочется. Может быть это самообман, но шанс для нас с Алексом все-таки очень захотелось дать.
Еще заметила, что мужчина обращается со мной словно с хрупкой вазой, видимо, восприняв новость о беременности излишне серьезно. Я вот вообще пока ничего особенно не ощущаю. Утром слегка тошнило, это да, но потом все достаточно быстро прошло.
Погода этим вечером оказалась настолько теплой, что Алекс предложил взять пледы и пойти посидеть на берегу реки, которая, оказывается, здесь неподалеку.
Пусть и устала за день, но идея показалась мне хорошей. И вот мы уже бредем с Александром по проселочной дороге. В руках мужчины сумка явно не только с пледами – очень уж объемно выглядит. На месте Алекс достает пледы, Пачки с соком и всевозможную снедь. Запасливый.
Домой возвращаемся уже по темноте, и почти всю дорогу мы с Герарди целуемся, и еще как.
В спальню мужчина меня вносит на руках, одежда наша быстро летит на пол. В кровать буквально падаем. В голове же моей как-то так не вовремя звучит томный голос Наты – эксперта в любовных утехах: “Секс после ссоры самый лучший”. Ната говорила это часто на утро после своего очередного примирения с Артурчиком.
Не знаю, насколько утверждение коллеги верно, но если в первый раз с Алексом я все равно, как бы мужчина не старался, находилась в подсознательном напряжении, да и дискомфорт физический после первого раза все равно давал о себе знать, то сейчас все иначе.
Никакой боли и какая-то легкость. Может, это от того, что теперь я куда лучше знаю и понимаю Александра, страха как такового больше нет.
Герарди жадно целует, он старается сдерживается, но получается у него плохо, чувствуется, что шеф реально “изголодался”.
Примирение вышло очень бурным.
