Тайны летней ночи

Девушка озадаченно уставилась на нее, не понимая, с чего это Аннабел вдруг оставила лежать на полу такую драгоценность и что будет, если не удастся ее найти.

— Д-да, мисс, — прошептала она, неловко приседая, и выбежала из комнаты.

Аннабел окунула голову в воду, и вторая горничная принялась намыливать ей волосы.

— Как приятно чувствовать себя чистой, — вздохнула Аннабел, наслаждаясь запахом мыла.

— Моя мама всегда твердит, что больным людям вредно мыться, — с сомнением заметила горничная.

— А я рискну, — отмахнулась Аннабел, откидывая голову.

Горничная обдала чистой водой ее намыленные волосы. Аннабел вытерла глаза и увидела, что Мегги уже успела вернуться.

— Я нашла ее, мисс! — запыхавшись, объявила она, протягивая монету. Вполне возможно, что она раньше вообще не видела соверенов, поскольку обычная горничная в таком хозяйстве получала около восьми шиллингов в месяц.

— Разделите между собой, — велела Аннабел.

Горничные дружно раскрыли рты.

— О, спасибо, мисс! — воскликнули они в один голос, потрясенные такой щедростью.

Как же она лицемерна! Дарит деньги Ходжема, считая их грязными, хотя сами Пейтоны жили на его счет столько времени! До чего же нечестно!

Аннабел уныло повесила голову, пристыженная такой искренней благодарностью. Приняв ее смущение за признак слабости, девушки поспешили помочь ей выйти из ванны, вытерли волосы и вздрагивающее тело и надели чистую сорочку.

Освеженная, но еще больше уставшая, Аннабел легла в постель на мягкие простыни и задремала, пока горничные выносили ванну.

— Мама, — пробормотана она, не в силах сесть, но тут же вспомнила историю с Ходжемом и встрепенулась. — У тебя все хорошо? Он…

— Я не желаю говорить на эту тему, — мягко перебила Филиппа. Даже в неярком освещении были заметны глубокие морщины на лбу и пустой взгляд в пространство. — Но со мной все в порядке, дорогая.

Аннабел коротко кивнула, не находя себе места и сгорая от стыда, и снова попробовала сесть. Спина затекла, словно в нее вставили железную палку, но если не считать затекших мышц, Аннабел чувствовала себя гораздо лучше и впервые за эти дни действительно захотела есть. Встав с постели, она подошла к туалетному столику, подняла щетку и провела ею по волосам.

— Мама, — нерешительно начала она, — мне необходима перемена места.