Тайны летней ночи

 — Если искалечите или убьете моего брата, ужина не ждите.

Саймой ответил что-то неразборчивое, и оба исчезли в прихожей.

— Фаэтоны слишком легкие и быстрые и часто переворачиваются, — встревожилась Филиппа. — Надеюсь, мистер Хант умеет править.

— И превосходно, — заверила Аннабел с ободряющей улыбкой. — Он вез нас сюда из отеля так медленно, что можно было подумать, мы тащимся в тяжелом фамильном экипаже. Думаю, Джереми не мог оказаться в более надежных руках.

Весь следующий час женщины сидели в гостиной за чаем и обсуждали все, что случилось за последние две недели.

Как и ожидала Аннабел, Филиппа не задавала вопросов об интимных подробностях медового месяца, явно не собираясь вторгаться в жизнь молодой пары. Зато живо интересовалась рассказами Аннабел о новых знакомых, балах и вечерах, которые они посещали. Имена богатых промышленников были ей неизвестны, и она внимательно слушала истории Аннабел.

— Теперь все больше и больше таких людей приезжает в Англию, — заметила она.

 — Чтобы прибавить к богатству еще и титулы.

— Как Боумены, — кивнула Аннабел.

— Да. С каждым новым сезоном нас осаждают орды американцев, а ведь Господу известно, как и без того трудно поймать аристократа. Нам конкуренция ни к чему. Я буду рада, когда поток фабрикантов иссякнет и все вернется в свое русло.

Аннабел грустно улыбнулась, не зная, как объяснить матери, что, судя по тому, что она видела и слышала, это только начало и что к прошлому возврата нет. Она и сама только начинала немного понимать, к каким переменам ведет развитие железных дорог, судоходства и техники, причем не только в Англии, но и во всем мире.

Именно эти темы Саймон и его приятели обсуждали за обедом, вместо того чтобы подобно представителям высшего класса распространяться об охоте и сельских развлечениях.

— Скажи, ты хорошо ладишь с мистером Хантом? — спросила Филиппа. — Мне по крайней мере так показалось.

— О да. Хотя могу признаться, что он не похож ни на одного из наших знакомых мужчин.

Джентльмены, к которым мы привыкли… видишь ли, у него совершенно иное направление ума. Он… он прогрессивен…

— О Господи, — с легкой брезгливостью бросила Филиппа. — Хочешь сказать, в смысле политики?

Аннабел помедлила и скорчила смешную гримаску, сообразив, что даже не знает, к какой партии принадлежит муж.

— О небо! Может, ты сумеешь убедить его переменить политические взгляды…

Аннабел весело рассмеялась:

— Сомневаюсь.