Тайны летней ночи

Она уставилась на большую, опиравшуюся о край стола руку с длинными, чистыми, загорелыми пальцами и ногтями, остриженными так коротко, что белые полумесяцы были едва видны.

— Ну… «понравиться» — это слишком сильно сказано, — усмехнулась она, отряхивая ладони от воска. Чем больше она старалась не краснеть, тем сильнее багровело лицо. — Думаю, что смогла бы легче вынести ваше общество, если бы вы постарались вести себя как джентльмен.

— Ну… хотя бы манера, в которой вы вечно стремитесь уличать людей в лицемерии…

— Разве честность не добродетель?

— Да, но вряд ли она способствует оживленной беседе, — вспылила девушка и, игнорируя тихий смех, продолжала: — И постоянные разговоры о деньгах вульгарны, особенно в высших кругах.

— Я никогда не понимал, почему энергичная погоня за богатством считается весьма презираемым занятием.

— Возможно, потому, что спутниками такой погони обычно бывают такие пороки, как жадность, эгоизм, двуличие…

— О, эти недостатки ко мне не относятся.

— Вот как? — удивилась Аннабел, вскинув брови.

Хант, улыбаясь, медленно покачал головой, и солнце снова заиграло в прядях цвета собольего меха.

— Будь я жадным и эгоистичным, наверняка утаивал бы прибыли, однако все партнеры могут заверить, что их вложения с лихвой окупились, а служащие щедро вознаграждены за труд. Что же до двуличия… думаю, всем очевидно, что моя проблема диаметрально противоположна.

По какой-то непонятной причине Аннабел улыбнулась невоспитанному негодяю и, оттолкнувшись от стола, отряхнула юбки.

— Не собираюсь тратить время, обучая вас правилам вежливости, поскольку совершенно очевидно, что вы не собираетесь ими воспользоваться.

— Ваше время не было потрачено зря, — заверил он, — Я намереваюсь всерьез задуматься о том, как встать на путь праведный.

— Не старайтесь, — отмахнулась она. — Вы абсолютно безнадежны. А теперь, прошу извинить, я хочу продолжить прогулку по саду. Желаю вам приятного дня, мистер Хант.

— Позвольте мне пойти с вами, — тихо попросил он. — Можете читать мне наставления, и я даже обещаю слушать.

Аннабел озорно наморщила носик.

— Не будете вы слушать, — отрезала она и быстро пошла по тропинке, чувствуя спиной его взгляд.