Тайны летней ночи

Возможно, Ходжему удалось появиться в ту минуту, когда оборона Аннабел совсем ослабела, и она позволила убедить себя отдаться старому ублюдку, и все из-за денег, в которых так отчаянно нуждалась.

У нее не было ботинок для прогулки. Иисусе! Должно быть, этот Ходжем в самом деле жалкий скряга! Раскошелиться на несколько новых платьев, и только! Нет подходящей обуви, но есть белье, которое расползается от ветхости! Если уж Аннабел согласилась быть чьей-то содержанкой, почему не его, Саймона Ханта? По крайней мере получала бы достойное вознаграждение за свои услуги! Но еще слишком рано подходить к ней с подобными уговорами.

Придется терпеливо ждать, пока Аннабел пытается вырвать предложение у Кендалла. Он не собирается мешать ее счастью. Но если она потерпит неудачу с Кендаллом, Саймон откроет перед ней куда более широкие перспективы, чем ее нынешняя жалкая договоренность с Ходжемом.

Представив обнаженную, распростертую на постели Аннабел, Саймон ощутил новый приступ желания, но постарался поддержать нить разговора.

— Почему у вас сложилось впечатление, что я интересуюсь мисс Пейтон? — равнодушно спросил он.

— Просто вы едва не вывалились из седла при виде этой девицы в панталонах.

Это замечание вызвало на губах Саймона нерешительную улыбку.

— При таком фасаде мне плевать на содержание.

— А следовало бы задуматься, — наставительно заметил граф. — Мисс Пейтон — типичная шлюха и закоренелая эгоистка, и я готов в этом поклясться.

— Уэстклиф, — спокойно осведомился Саймон, — вам никогда не приходило в голову, что и вы иногда способны ошибаться? Хотя бы в чем-то?

— Н-нет, — недоуменно протянул граф.

Саймон с сожалением усмехнулся и, пожав плечами, пустил коня рысью.

На обратном пути в Стоуни-Кросс-Парк Аннабел обнаружила, что почти не может идти. Должно быть, она подвернула ногу во время игры, хотя не могла припомнить, когда это случилось. Тяжело вздохнув, она поудобнее перехватила корзинку и захромала рядом с непривычно молчаливой Лилиан. Дейзи и Эви держались в нескольких ярдах позади, занятые оживленной беседой.

— Что тебя беспокоит? — тихо спросила подругу Аннабел.

— Граф и мистер Хант… как по-твоему, они расскажут о том, что видели сегодня днем. Боюсь, нашей репутации это сильно повредит.

— За Уэстклифая почти ручаюсь, — ответила Аннабел, немного подумав. — И склонна верить в его «амнезию». И он кажется мне человеком, не склонным сплетничать.

— А как насчет мистера Ханта?

Аннабел нахмурилась:

— Не знаю. Заметь, он не пообещал молчать.