Тайны уставшего города (сборник)

И мой город, в котором я вырос, тоже должен был уйти под воду. Горбатые переулки Сретенки, элегантные арбатские улочки, деревянное Замоскворечье и росистые Сокольники.

А Кремль предполагали взорвать.

Перед вами Москва. За два года войны все столицы континента склонились перед вами, вы прошли по улицам лучших городов. Вам осталась Москва. Заставьте ее склониться, покажите ей силу вашего оружия, пройдите по ее площадям. Москва – это конец войне. Москва – это отдых.

Несколько лет назад появился мерзкий анекдот, над которым весело смеялись весьма продвинутые молодые люди, по-своему трактующие отечественную историю:

«Ветеран с наградами на пиджаке пьет наше поганое пиво „Золотой колос“ и морщится.

– Хуже бы воевал, пил бы баварское, – говорит ему „конкретный“ пацан».

Нет, никто не пил бы в Москве баварское пиво. К приказу от 6 июля 1941 года была приложена инструкция для командиров соединений группы армий «Центр». В ней черным по белому было написано, что необходимо вывезти из Москвы все оборудование заводов и фабрик.

На карте Европы должно было появиться новое огромное озеро.

Так что негде было бы пить баварское пиво продвинутым молодым людям.

Мы тогда были мальчишками, ничего не знали об этом и свято верили, что победим немцев.

Так оно и случилось.

Война, пришедшая в наши дома, еще не стала горем. Она только началась, и похоронки еще были в пути.

Для нас тот месяц стал временем познания.

Внезапно наш мальчишеский мир стал безграничным. Огромным и неведомым.

В июле 1941 года приехала бригада МПВО и снесла все заборы. Исчезли ведомые только нам лазы и щели, больше не существовало границы, которая четко делила на ребят с этого двора и того. Доски от заборов аккуратно складывали на полуторки и увозили на дровяные склады. Город готовился к военной зиме.

Ликвидировали не только заборы, но и приткнувшиеся к ним деревянные сарайчики, в которых у мужиков нашего дома стояли верстаки и лежали инструменты.

А голубятни не тронули.

Высокий капитан, командовавший дружинниками МПВО, долго смотрел на курлыкающих голубей, а потом сказал:

– Пусть остаются, голубь птица нежная, ей дом нужен.

Москва готовилась к массированным авианалетам, деревянные заборы и сараи были отличной мишенью для зажигалок.