Тайны уставшего города (сборник)

Но он позвонил в ресторан «Арагви» и заказал харч.

Для справки: в те былинные времена в этом ресторане круглые сутки работали три кабинета. Там принимали нужных иностранцев, в них большие чины из КГБ встречались с не менее именитыми осведомителями, туда ночью заезжали отдохнуть от забот чиновники высокого ранга.

Вполне естественно, что на кухне работала бригада ударников комтруда и повара были высшего класса.

И вот трикотажный король Илюша Гальперин позвонил на сей «секретный объект», а через полчаса официанты накрывали нам роскошный стол.

Неплохо жили деловые. Правда, через несколько лет Гальперина расстреляли по трикотажному делу Шекермана и К°, и красавица Ляля вновь оказалась вдовой.

Расстреляли пятерых, человек двадцать получили полные сроки, а Борис Яковлевич Гольдин остался на свободе, хотя следователи КГБ на ушах стояли, чтобы окунуть его в камеру.

Много позже замечательный сыщик, начальник угрозыска страны Игорь Карпец сказал мне:

– Этого Гольдина никто не тронет. Он передаточное звено между подпольным бизнесом и власть имущими.

И действительно, сколько потом было крупных дел в Москве, Тбилиси, Ташкенте, Алма-Ате, и везде, как рассказывали мне, по оперативным данным, возникала фигура Гольдина, а он все равно оставался на свободе.

Он умер в девяностом. Ночью, во сне. Легкая смерть. Именно он завернул дело с Лешей Кабаном.

Но вернемся в ресторан «Метрополь», где встретились два страдальца, сидевшие в одной камере.

Гольдин, выйдя из СИЗО, навел справки о своем сокамернике.

Если раньше, в период незабвенной Промкооперации, артели сбывали в магазин левый товар, полученный в результате экономии сырья или нефондированных материалов, то нынче пришли времена другие.

Никита Хрущев по настоянию Михаила Суслова ликвидировал Промкооперацию как пережиток капитализма, не догадываясь, что этим самым начинает эру кровавых разборок в теневой экономике.

Нет, не подумайте, они были зарегистрированы вполне официально, как подсобное производство, на некоторых крупных предприятиях в колхозах и совхозах. Для нищих колхозов цеха эти стали поистине панацеей. На деньги, полученные от реализации подсобной продукции, строились дома и школы, выплачивалась зарплата.