Тайные тропы

По просьбе Игната Нестеровича, Игорек сбегал к Изволину и сообщил ему обо всем случившемся.

— Дядя Игнат очень просил посмотреть за Вовкой, — добавил Игорек и снова расплакался.

— Ну что же ты плачешь? Не надо, — растерянно просил Ожогин. — Крепись, малыш, крепись, родной...

Отпустив Игорька, Никита Родионович забегал в волнении по комнате.

— Что же делать? — нарушил молчание Андрей.

Никита Родионович и сам не знал, что делать. Прежде всего нужно было выяснить подробности, уточнить положение.

— Пойду к Изволину, — сказал он.

— Подумаем вместе....

Андрей остался один. Он сегодня впервые встал с постели. Рана его оказалась легкой и быстро заживала. Юргенс поверил рассказу, придуманному Ожогиным, что Андрей был ранен около самого дома в ночь налета советской авиации, и даже дважды присылал на квартиру врача-немца, который делал Грязнову перевязки.

Происшествие с Тризной привело Андрея в возбужденное состояние. Он еще не хотел верить в то, что умерла Евгения Демьяновна, что в опасности находятся Тризна и Леонид Изволин.

Ему казалось — вернется Никита Родионович, и все наладится.

Мелькнула мысль — сходить к Заболотько, найти Игната Нестеровича, узнать, что происходит во дворе и в доме Тризны.

Андрей уже подошел к вешалке, где висело пальто, но вдруг задумался. Правильно ли он поступает? Случай с угоном автомашины и ранением явился серьезным уроком для Грязнова, он сделал для себя, наконец, определенные выводы.

Никита Родионович, к удивлению Андрея, ожидавшего бурного объяснения и даже ссоры, не вспоминал о происшествии в течение пяти дней.

Возможно, он и не начал бы разговора, если бы не заговорил сам Грязнов. И все прошло так просто, как бывает между людьми, понимающими друг друга с полуслова. Ожогин присел вчера на кровать Андрея и посмотрел на него долгим взглядом. Его глаза, казалось, спрашивали: «Ну что, будем так же продолжать и далее, мой друг?».

Андрей сказал всего несколько слов, он заверил, что ничего подобного больше не случится. И, наверное, Никита Родионович поверил ему, потому что не стал ни о чем больше расспрашивать, заметил только:

— Это очень хорошо.

..

Постояв в раздумье около вешалки, Андрей вернулся к столу и развернул тетради Никиты Родионовича с записями по радио и разведке. Надо было наверстать пропущенное, подготовиться к занятиям.

Изволина дома не оказалось. Ожогина встретила Пелагея Стратоновна. Она сообщила, что Денис Макарович только что ушел к Заболотько.

— Ничего не сказал и ушел.