Тайные тропы

Он появился в городе перед войной и поселился у Моллера в гостинице. Брандт был активным бойцом интернациональной бригады в Испании. Как-то уже во время войны в кругу друзей Брандт смело сказал, что готов сражаться за Москву так же, как сражался за Мадрид. На другой день его арестовали. Среди свидетелей был и Моллер. Вот зубной врач — старик Лернер; он заменил в течение года Моллеру почти все гнилые зубы. Однажды доктор между прочим показал портрет Тельмана, который он хранил несколько лет. Этой же ночью явились гестаповцы и арестовали доктора.

Старик Лернер умер в тюрьме. Портной Келлер. У него была дочь Роза, находящаяся на нелегальном положении, — ее преследовали за участие в первомайской забастовке. Будучи заказчиком Келлера, Моллер под предлогом оказания помощи Розе выведал у отца место, где скрывается дочь, и выдал ее гестаповцам. Вслед за Розой арестовали и семью Келлера. В списке значились двенадцать человек, погубленных Моллером.

— Это лишь известные мне и друзьям, — сказал Вагнер, когда Ожогин прочел список.

— А скольких мы не знаем... Как видите, этот тщедушный, прилизанный и скользкий человек страшнее и опаснее любого гестаповца.

— С этой гадиной надо кончать, — сказал Ожогин.

— И чем скорее, тем лучше, — поддержал его Гуго Абих. — Я прошу поручить его мне. У меня имеются некоторые соображения...

— Какие, интересно? — спросил Никита Родионович.

Гуго объяснил. В организации состоит инвалид войны Пауль Рот. Он проживает на территории бездействующего кирпичного завода.

Кроме Рота, никого на заводе нет. Гуго считает, что неплохо бы заманить туда Моллера и оттуда не выпустить. Завод, находящийся на окраине города, — самое удобное для этого место.

— Пауль Рот надежен? — поинтересовался Никита Родионович.

— Вполне, — ответил Гуго.

— Я тоже так считаю, — подтвердил Вагнер.

Пауль Рот внимательно выслушал Абиха, затянулся несколько раз сряду окурком сигареты и, обратившись к Андрею, сказал:

— А ты, душа моя, здорово щебечешь по-нашему, прямо немец да и только.

Андрей улыбнулся. Новый знакомый ему явно нравился. Идя сюда, Грязнов предполагал увидеть старого солдата, безногого или безрукого, пасмурного, злого. А перед ним стоял сравнительно молодой человек, не старше тридцати пяти лет. По внешности он не был похож на инвалида. Только позже Андрей узнал, что Пауль перенес очень серьезную операцию после тяжелого ранения.

— Ты понял, что от нас требуется? — спросил Гуго.

— Да тут и понимать нечего, — ответил Пауль.