Тайные тропы

Несмотря на поздний час, жена Зорга не спала и сдержанно ответила на приветствие друзей кивком головы.

— Ты не устала, Клара? — тихо спросил ее Зорг.

О нет! Откуда он взял, что она устала. Наоборот, она даже не прочь послушать, и Клара уселась на диван с книгой в руках.

Во время занятий неожиданно явился Юргенс. Он поцеловал руку жене Зорга и, не снимая пальто и шапки, сел около нее на диван.

— Вы сделали большое дело. Этот горбатый тип оказался опасным преступником. Из гестапо звонили, что он во всем сознался и называет сообщников.

Минут десять занятия шли в присутствии шефа, затем он, распрощавшись, ушел. Вскоре начали собираться и Ожогин с Грязновым. Когда они уже оделись, жена Зорга пошла в спальню и возвратилась оттуда с тетрадкой, свернутой в трубку.

— Это ноты, — сказала она мужу, — о которых я тебе говорила.

— Помню. Что же, попроси!

— Господин Ожогин, это ноты с русским текстом. Я прошу вас сделать перевод, — и она подала трубку Ожогину.

Никита Родионович спрятал тетрадь в карман пальто и молча поклонился.

Когда дома он развернул тетрадку, в ней, кроме нот, оказались два листка бумаги, исписанных женской рукой. На одном было выведено:

«Постарайтесь быть наблюдательнее, господин Ожогин. Стихотворение переведите и оставьте себе».

— Ты что-нибудь понимаешь, Андрей? — спросил Никита Родионович.

Тот прочел записку, сдвинул брови и замотал головой.

Нет, он абсолютно ничего не понимает.

— Попробую... это недолго... — сказал Ожогин.

Перевести стихотворение оказалось не так просто, и Никита Родионович повозился основательно. Оно начиналось так:

— А теперь тебе яснее стало?

— Нисколечко, — сознался Андрей.

— Ума не приложу, — пожал плечами Никита Родионович.

— Флирт, что ли? — нерешительно сказал Грязнов.

Ожогин только сдвинул брови, но ничего не ответил.

— Придется послушать совета и постараться быть наблюдательнее, — продолжал Андрей.

— Да-а, — многозначительно протянул Ожогин, укладываясь в постель. — Поживем — увидим.

Короткий день давно угас. На густой вековой лес спустилась ночь, полная таинственных звуков. Глухо, неспокойно гудят деревья. Небо темнее леса, темнее земли. По нему бродят сполохи, тревожные вспышки. Тяжко вздыхает топкое болото. В зарослях заунывно стонет выпь. Глухо. Тягостно.