Тайные тропы

Она всхлипывала, держа платок у глаз. Тогда три посетителя воспользовались тем, что дверь осталась открытой, и торопливо вошли в кабинет.

— Почему сразу все? — строго опросил бургомистр.

Он сидел за огромным столом, откинувшись на высокую спинку кресла. Тонкий, совершенно прямой пробор делил его голову на две равные части. Серо-зеленые глаза с прищуром смотрели в упор, не мигая.

— Все по одному делу, — ответил самый высокий, теребя в руках мохнатый заячий треух.

— Так, слушаю. — Серо-зеленые глаза стала совсем маленькими.

— Покорнейше просим, господин бургомистр, вашего разрешения сдать нам в аренду подвал под сгоревшим домом по Садовой, номер сорок два. Вот, — и высокий подал лист бумаги.

— Это... — бургомистр закрыл один глаз и посмотрел на потолок, что-то вспоминая, — это насчет пекарни?

— Совершенно справедливо. Пекарню хотим соорудить, вроде как компаньоны...

— А справитесь? — Он взял поданное заявление и, отдалив его от себя в вытянутой руке, стал читать.

— Справитесь? — повторил бургомистр.

— Нас трое, а потом, может, еще прибавится.

— Кто из вас Тризна?

— Я, — отозвался высокий.

— Да. Шесть лет на хлебзаводе работал...

— Курдюмов, Курдюмов, — отозвался старик в поддевке и вышел вперед. — Вы знаете меня?..

— Откуда мне вас знать... — брезгливо поморщился бургомистр. — Тут вот говорится, что вы раньше на Кавказе кондитерскую держали.

— Точно, точно, держал, и сейчас неплохо бы...

— Ладно! — резко прервал бургомистр. — Третий! Вы Швидков?

— Предприимчивые люди нам нужны.

Юргенс подошел к окну, раздвинул занавески и внимательно посмотрел на противоположную сторону улицы Там стоял остов двухэтажного, когда-то красивого, кирпичного дома, уничтоженного огнем. Крыша, перекрытия — все сгорело. Сохранились только стены, да уцелела эмалевая дощечка с надписью: «Садовая, 42».

Вот уже второй день, как у дома и во дворе хлопотали какие-то люди.

Юргенс постоял у окна несколько минут, хмыкнул и, подойдя к телефону, набрал номер автомата.

— Чувствую и слушаю.

— Что за строительство начинается против моего дома?

— Против твоего именно? Это на Садовой?

— Да, да, на Садовой, сорок два.

— Ничего особенного. Можешь не волноваться.

— Так, так. Пекарню будут строить в подвале Я разрешил. Пусть строят.