Таир

Продолжаю дышать, стараясь отвлечься от реакции кожи.

Поясница.

Ноги.

И внезапное тепло его руки в самом центре спины, на раз справляющейся с застёжкой лифчика.

И сразу же ещё несколько ледяных скольжений теперь уже по всей спине.

И опять тепло уже двух рук, с лёгкостью переворачивающих меня на спину.

— Дыши, — полотенце ложится на шею, лицо начинает гореть, и я с трудом выполняю его команду, потому что он цепляет бретельки лифчика стягивая их с рук. — Начнёшь потеть, ещё меня поблагодаришь.

И я бы наплевала на свой стыд, но я не верю, что можно хотеть по желанию… А то, как он продолжает меня обтирать тянет на сверхмощную выдержку… Или я сейчас вообще зомби?.

— Всё, — завершает процедуру мой временный доктор, закутывая меня в простыню, как в кокон, и укрывая одеялом. — Сейчас попьешь и спать.

Уходит, забирая с собой всё лишнее и оставляя меня в странном оцепенении.

Хоть и вынужденная, но… забота…

На глаза вновь наворачиваются слёзы…

Что такого я сделала, что они выбрали для меня смерть?.

— Пей, — возвращается Таир, помогая мне приподняться и придерживая чашку с теплым, слегка кислым компотом.

Цежу маленькими глотками, отслеживая реакцию собственного желудка. Вроде бы всё нормально. И когда допиваю всё до конца, внезапно ощущаю, что лоб покрылся по́том.

— Если затошнит или захочешь в туалет, говори сразу. Не терпи.

— А вы?..

— Я, спать, но это не значит, что тебе будет неудобно меня разбудить и прочая херня, которую ты можешь себе выдумать.

Выходит, через минуту возвращаясь с уже знакомой мне миской, оставляя её на тумбочке.

Выключает свет и ложится рядом, почти точно так же, как тогда в машине.

Щупает лоб, удовлетворённо смазывая пальцами выступившую влагу.

— Спи. Я рядом, — полушепотом произносит Таир и я отключаюсь, кажется впервые за этот день делая глубокий вдох и расслабляясь.

Ещё три выпитых стакана компота. Два похода… в туалет.

Три смены промокших до нитки простыней…

Когда же я в очередной раз открываю глаза, в них ударяет уже дневной свет.

Быстро высвобождаю руку, касаясь лба.

Липко, но не горячо!

Фу-у-ух!

Облегчение заполняет тело невероятной радостью!

Теперь бы смыть с себя всю эту ночную жесть…

Делаю глубокий вдох, внезапно активизируя оголодавший желудок, потому что ноздрей касается божественный запах куриного бульона.

— Ты решил добить меня окончательно?.. — судорожно сглатываю слюну, начиная выбираться из кровати.