Фатти подумал про себя: может быть, хоть в церкви Юнис не будет болтать. Но, к несчастью, она умела петь, и пела так громко, что Фатти, сидевший с ней рядом, чуть не оглох.
Его также смутили взгляды других прихожан, которых весьма удивило такое мощное пополнение их хора. Что за манеры, мрачно думал он. Но Юнис нравилось петь – она заливалась громко, безмятежно, под одобрительные взгляды окружающих."
"Фатти все прикидывал, как бы ему избавиться от Юнис после службы в церкви. Он знал, что родители, а может быть, и мистер Толлинг тоже, пойдут вздремнуть.
Может, сказать, что ему нужно поработать? Нет, отец, конечно же, не поверит. Может быть, сказать, что он устал, и хочет пойти домой отдохнуть? Нет, не стоит. Мама пощупает лоб: нет ли у него жара – и подумает, что он заболел, простонал Фатти. «Лучше пойду к себе в сарай, а Юнис ничего не скажу. Ускользну туда незаметно. Возьму с собой книгу или поупражняюсь в переодевании. Я уже сто лет этим не занимался – последний раз во время прошлых каникул».
Фатти подождал, пока взрослые отправились подремать. Юнис была занята – она писала письмо. Фатти тихо, как мышка, затаился в углу. Он надеялся, что Юнис не заметит его бегства. Но как только он встал, она подняла голову, а ее длинные косички зашевелились.
– Ты куда, Фредерик? – поинтересовалась она. – Подожди, я сейчас допишу письмо, и мы вместе погуляем, поиграем или еще что-нибудь придумаем. В ее словах для Фатти блеснул луч надежды.
– Я отнесу твое письмо на почту, – предложил он.
Тут еще два маминых, и я твое возьму, когда закончишь его.
– Да? Спасибо за хлопоты, – вежливо поблагодарила Юнис и снова принялась за свое письмо.
Фатти с облегчением наблюдал, как она положила письмо в конверт, запечатала, надписала адрес и наклеила марку. Он сразу вскочил.
– Спасибо, – еще раз поблагодарила Юнис. – Пока ты сходишь на почту, я подумаю, чем бы нам заняться.
Фатти пулей вылетел из комнаты и выбежал из дома через дверь, ведущую в сад.
Дверь он тщательно прикрыл за собой. Нет, сюда он теперь не скоро вернется. С почты он отравится прямо в свой сарай и будет там сидеть.
Отправив письма, он вернулся в дом, обогнул его и вошел в калитку в конце сада. Захлопнув калитку, он тихонько двинулся к сараю.
«Вот еще, – думал он про себя, – разве не стыдно, что даже в свой сад я должен тайком пробираться?»
Отперев дверь, он вошел в сарай, запер дверь и уселся, вздохнув с облегчением.
