Он пулей взлетел вверх по лестнице в свою спальню, сопровождаемый Бастером.
– Молчи, Бастер, – приказал он. – Не лай, пожалуйста, дай мне переодеться.
Он быстро сбросил с себя лохмотья и запихал их в шкаф. Потом вытер лицо, содрал усы и бороду, вымыл руки и со вздохом опустился в кресло.
– Вот была потеха, Бастер, – сказал он и присвистнул. – Наверное, они все еще гонятся за бродягой. Мерзкий тип, не правда ли? Не удивительно, что ты его так облаял.
Он подождал еще какое-то время, но никто не возвращался. Тогда он решил спуститься вниз, выйти на дорогу и ждать там.
Он сделает вид, будто бы только что вернулся с прогулки и удивлен, увидев их всех вместе.
Все прошло великолепно. Фатти шагал с Бастером по дороге, когда навстречу ему появилась вся компания – сердитый Гун, разочарованная Юнис и тройка раздосадованных родителей.
– Что за чушь! – восклицал мистер Троттевилл. – Не верю я, что там был какой-то бродяга – девчонке все это просто померещилось. А вы ей поверили, Гун. Надо же, и все это в воскресный полдень!
Гун покраснел от злости, а Юнис рассвирепела, но хорошее воспитание не позволило ей вступать в спор со старшими.
Вдруг они заметили Фатти, двигавшегося навстречу, и закричали;
– Фредерик, где ты пропадал?
– Вы видели отвратительного бродягу? – поинтересовался Гун, – С усами и бородой? Он прятался в вашем сарае, да еще я курил там. Мог все сжечь!
– Бородатый бродяга? – притворно удивился Фатти. – Где он? Я напущу на него Бастера!
– Пес уже задал ему жару! – злорадно сообщил Гун.
– Он бросался на него, рычал и разодрал ему штаны в клочья. Как он драпал: ведь пес покусал ему лодыжки!
Тут в разговор решительно вмешался мистер Троттевилл.
– Ну, хватит, – сказал он, человек ушел, и точка. Пошли, Юнис, теперь уж ничего не поделаешь.
– Надо же, чтобы такое случилось, да еще в воскресенье, – промолвил бледный мистер Толлинг. – Хорошо, что вы оказались поблизости, констебль. Надо же, бродяга в сарае! Интересно, ничего не пропало?
– Хорошо, что он влез в сарай, а не в дом! – сказала миссис Троттевилл.
– Фредерик хранит там всякий хлам.
Фатти промолчал. Ему вовсе не хотелось, чтобы папа узнал, что он в действительности там хранит – одежду для переодевания, грим, фальшивые зубы, накладные щеки, усы, бороды. Да, все это могло бы повергнуть в изумление мистера Троттевилла, если бы он увидел все эти вещи.
– Молодой человек, – обратился Гун к Фредерику, – может, нам пойти в сарай и посмотреть, не стащил ли бродяга чего-нибудь.
