– Мое похудание идет на пользу Бастеру. Я, правда, все время забываю, что мне надо худеть. Но когда вспоминаю, то отдаю ему все, что у меня есть в тарелке, – пожаловался Фатти.
– А, теперь я понимаю, почему он такой толстый, – засмеялся Пип. – Смотри, какое он брюхо отъел, тебе нужно брать его с собой бегать.
– Фатти, – вдруг вспомнила Бетси, – утром по телефону ты сказал, что у тебя какая-то неприятность. Что ты имел в виду?
– Ах, да, – ответил Фатти, не замечая, что засовывает кусок сахара в рот. – Дело вот в чем.
После Пасхи, я полагаю – на следующей неделе, в Питерсвуде состоится какая-то особая конференция, и один из участников будет жить у нас – это какой-то папин приятель, то ли они учились вместе, то ли еще что-то в этом роде.
– Ну а тебе-то что? – поинтересовался Ларри. – Тебе ведь не нужно будет развлекать его? Наверное, это какой-нибудь старикашка, который целыми днями будет торчать на конференции.
– Да, но он привезет с собой свою противную доченьку, – сказал Фатти. – Я ее никогда не видел, но готов поспорить, что она противная.
Мама сказала, что она единственный ребенок, ее мать умерла, когда ей было всего два года, так что ее воспитывал отец. Вот ее-то я и должен буду развлекать.
Воцарилось тягостное молчание.
– Черт побери, – сказал наконец Пип, – это действительно скверная новость. Нам придется либо все каникулы обходиться без твоего общества, Фатти, либо надо будет таскать ее за собой, куда бы мы ни пошли.
– В том-то и дело, – мрачно проговорил Фатти и взял еще одну булку.
Этого никто не заметил, и он уже слопал половину булочки, когда вдруг вспомнил, что ему все-таки надо худеть, и посмотрел на нее с отвращением.
– Лежат тут на блюде, такие аппетитные, – проворчал он. – Назад-то теперь ее не вернешь, а Бастер и так чуть не лопается. Ладно уж… – И доел вторую половину, сохраняя угрюмую мину.
– А когда приезжает эта девчонка? – поинтересовалась Бетси. – Дело плохо, Фатти. Почему это ты должен ее развлекать? Почему не твоя мама?
– Но ты же знаешь, как она занята.
Всякие комитеты и тому подобное. Она утром торопилась куда-то и обратилась ко мне: «Фредерик, я знаю, что на тебя можно положиться. Юнис должна чувствовать себя как дома, позаботься об этом. И не забудь встретить ее и ее отца. Они приезжают поездом в 11—55».
– Надо же – Юнис! – воскликнула Дейзи. – Имя-то какое необычное.
– Фатти, посмотри на часы, ты опоздаешь – уже без четверти двенадцать!"
"– О Господи! – воскликнул Фатти, вскакивая со стула, – Мне надо идти.
