Тайна его сердца

Руки у нее оставались обнаженными, как и плечи, только узкие бретельки удерживали ткань на месте.

Это одеяние было создано с единственной целью – завлечь мужчину. Завлечь самого дьявола! Вырез на груди был не глубже тех, что бывают на бальных платьях, но при этом намекал на гораздо большее. Ткань была такой тонкой, что казалась прозрачной. Он даже мог видеть очертания грудей с напряженными сосками.

– Добрый вечер, Ричард, – сказала Айрис. И только тогда до него дошло, что он лишился дара речи.

– Айрис, – прошептал Кенуорти.

Жена понимающе улыбнулась, и он заметил, как трепещут ее руки, опущенные по бокам. Она просто не знала, что с ними делать.

– Вы потрясающе выглядите, – вырвалось у него.

– Спасибо!

Волосы у нее были распущены и мягкой волной спускались за спину, доставая почти до локтей. Ричард уже забыл, как ему хотелось узнать, какой они длины.

– Это моя первая ночь в Мейклиффе, – стесняясь, произнесла Айрис.

– Верно, – согласился Ричард.

Айрис проглотила комок в горле, явно рассчитывая на то, что муж возьмет на себя лидирующую роль.

"

"– Вы, должно быть, устали, – пробормотал он, хватаясь за первую подвернувшуюся отговорку, которая возникла в его разгоряченной желанием голове.

– Немного.

– Я не хочу докучать вам.

– Что? – Айрис захлопала глазами.

Ричард взял себя в руки ради того, что должен был сделать. Вернее, ради того, что не должен был делать.

Он шагнул к жене и поцеловал ее. Но только в лоб! Кенуорти знал предел своих возможностей.

– Я не буду вести себя как животное. – Ричард попытался произнести это мягко и успокаивающе.

– Но… – Глаза у нее стали огромными, взгляд – недоверчивым.

– Доброй ночи, Айрис, – быстро сказал он.

– Но я…

– До завтра, любовь моя.

И ушел.

Как последний трус!

Глава 12

У Айрис, как у замужней дамы, имелось законное право завтракать в постели, но она, упрямо стиснув зубы, встала и начала одеваться.

Ричард отверг ее.

Он ее отверг!

Тут ведь не какой-то придорожный трактир, слишком «грязный» для первой брачной ночи.

Они находятся под крышей их дома! Он флиртовал с ней весь вечер. Целовал руку, очаровывал остроумной беседой, а потом, когда она надела прозрачную ночную рубашку, да еще расчесала волосы так, чтобы они начали сиять, муж сказал, что у нее, оказывается, усталый вид.

После того как он ушел, Айрис, онемев, несколько минут смотрела на дверь. Она даже не сразу сообразила, что плачет.