С самого утра от последней стоянки Загбой более внимательно осматривает местность, стараясь увидеть хоть что-то, что бы могло заинтересовать его опытный глаз. Специально направляет Асылзака по удобным прилавкам, по извилистой долинке замёрзшей реки, вдоль круто спускающегося отрога. Объяснение такому передвижению простое: охотник ищет следы людей, кто когда-то провёл ночь у ручья. А «режущее» движение выбрано потому, что Загбой надеется пересечь ход русских, если они шли в направлении чины или обратно.
Он тщательно осматривает подозрительные места, подходит к деревьям, у которых недавно сорвана кора, внимательно анализирует направление сломанных веток. Но всё напрасно: сухие деревья повалены ветром и временем, кора содрана когтями медведя и рогами марала, а заломленные ветки оборвала кухта. Слишком много дней прошло с тех пор, когда в этих краях ходили люди. Снежный, двухметровый покров скрыл все следы. Загбою остаётся только лишь одна надежда: может быть, что-то прояснится на стоянке у чины.
"
"К знаменитому кедру вышли неожиданно. За гривкой караван спустился в распадок, по снежным надувам люди и олени перешли через открытый ключ и за вековым кедрачом оказались на просторной поляне, на краю которой запорошилась зимним покрывалом небольшая охотничья изба. Вокруг зимовья — чистая перенова, следы мелких пушных зверей, да чуть в стороне, у кромки пихтача, прокопытил бродяга сокжой.
Не доходя до жилища, Загбой приостановил караван и, прежде всего, прочитал зимнюю книгу.
Под разлапистый кедр натоптана тропа: любопытный аскыр каждый день приходит на помойку. Может быть, интересуется старыми костями зверей или ловит на потаржнине мышей. Туда же тянется одиночный след горностая. Вон там, на перемежье, до последнего снегопада в зимовье была росомаха, зашла в открытые двери, перевернула пустую посуду, побывала на помойке и, не найдя там чего-то существенного, опять ушла в гору, на Кучум.
Никаких следов присутствия человека.
Загбой осмотрел всё внимательно, со свойственной ему дотошностью, но, к большому сожалению, признал, что тех людей, кто оставил следы у ручья, здесь не было. Можно только предполагать, что русские спустились с гольца или, наоборот, поднялись на него после ночлега, прошли это место стороной. Но в то же время, к своей радости, он обнаружил метки своего друга Калтана, который заходил сюда, в эту избу во время позднего листопада.
