Тайна проклятого герцога. Дилогия (СИ)

Сейчас пойдут проверять кладбище, — сквозь зубы пояснил лорд оттон Грэйд.

И действительно — вскоре показалась процессия с факелами, судя по направлению двинувшаяся за город.

— Кладбище расположено за городской чертой — догадалась я.

— Естественно, — прошипел его светлость.

— Странно, — задумчиво произнесла, следя за процессией, — учитывая ваш характер, им давно следовало бы привыкнуть к подобным ложным свечениям. Полагаю, вчера служители храма так же посещали кладбище?

— Не интересовался, — судя по тону, герцога действительно совершенно не интересовали чужие сложности.

 — Ко всему прочему, мое эмоциональное состояние без вас было гораздо стабильнее, леди оттон Грэйд."

"Упрек прозвучал почти угрожающе. Прекратив вглядываться в темноту, я развернулась к герцогу, и не скрывая ни собственного возмущения, ни собственной злости, искренне ответила:

— А я без вас вообще была счастлива!

И даже вино и то ощущение опьянения не стало препятствием, для ужаса, охватившего меня после этих слов.

Мгновенно вспомнилась демонстрация жестокости лорда оттон Грэйда, произведенная накануне, и казалось, вот прямо сейчас сильные пальцы сомкнуться на моей шее, лишая доступа к воздуху. Лишая гордости и самоуважения. Лишая жизни. И я невольно отшатнулась, но позади было окно и впившийся в спину подоконник, а впереди взбешенный герцог, и расплата за мою несдержанность.

Но последний представитель династии Грэйд стоял, молча глядя на меня, и казалось, что не только его лицо, но и взгляд окаменел.

И он продолжал стоять без движения, а за окном все тревожнее били в колокол, гремела подступающая гроза, сверкали молнии, и в какой-то момент, ощутив, как закружилась голова, я поняла, что не дышу все это время.

— Страшно? — внезапно поинтересовался герцог.

Грянул гром! Так близко, что вибрации от грохота я ощутила всем телом. Вспышка молнии! Яркая, ослепительная, и осветившееся на миг бледное лицо мага с черными, словно бездонными провалами глаз. Грохот грома! Заставивший вскрикнуть от ужаса и зажмуриться, не в силах и дальше смотреть на собственную смерть.

Но даже с сомкнутыми веками, я различила еще одну вспышку молнии, яркую, ослепляющую…

Удар грома!

Удар настолько близкий, что задрожала посуда на столе, и с глухим стуком попадали из подсвечников свечи, а ветер, ветер вдруг ворвался на террасу не украдкой, не порывом, а полновластным хозяином, засвистевшим, завывшим, распахивающим остальные окна.