Тайна проклятого герцога. Дилогия (СИ)

Войдя, остановилась в дверях, с улыбкой глядя на постель — красная роза, перевитая бело лентой, лежала на моей подушке. В вазе на столе имелось еще семь таких же — ярко-алых, бархатных, без единого шипа.

Семь роз здесь, еще четыре в родовом замке Грэйд, и как намек на предстоящее — цветок на моей подушке. Дэсмонд сдержал все свои обещания — матушка Иоланта осталась жива, иных женщин в жизни герцога больше не было, как и нанесенных мне обид, не сумел лишь дождаться моего семнадцатилетия, но я не могла винить его за это.

К своему стыду и смущению, я даже не сразу осознала, что в тот раз поцелуями не завершится, и едва ли поняла, что именно произошло, до встревоженного вопроса Дэсмонда о том, не больно ли мне. Больно не было, но было неимоверно стыдно, особенно из-за того, что увидев кровь, я безумно испугалась и не сумела сдержать слезы. О том, что случилось после, я предпочла бы вовсе забыть, кроме того, что принеся меня из ванной, Дэсмонд положил на простынь красную розу, полностью скрывшую пятно, и это стало своеобразной традицией.

Впрочем, сложно назвать традиций то, чему всего одиннадцать дней. Но при виде двенадцатой розы на моей подушке, мне неизменно вспомнилась та грозовая ночь в замке Грэйд, стремительный полет над долиной, возвращение едва начался дождь и лишающие дыхания поцелуи… И если быть откровенной, я совершенно не жалела о том, что произошло, мне было совестно исключительно за свои слезы и растерянность, и то что его светлости пришлось утешать ту, которая более полугода после событий в столице уверенно утверждала, что, несомненно, готова исполнить свой супружеский долг.

Безумно стыдно.

Переодевшись к обеду, я взяла книгу и корзинку с фруктами, и устроилась в кресле на верхней палубе, в тени натянутого тента. Вскоре послышался перестук копыт, и через некоторое время к пристани приблизился отряд всадников. Все спешились, трое в черных мундирах, спустились в лодку, та, управляемая младшим духом ветра, вскоре причалила к борту Ревущего.

Как и полагается герцогине, я не стала бросаться навстречу его светлости, ожидая супруга все в том же кресле. Это в замке Грэйд я могла позволить себе большее, на военном корабле приходилось соблюдать определенные правила.

Герцог поднялся ко мне спустя четверть часа по прибытию на флагманский корабль, и после нескольких минут его отплытия от берегов Картамьены, где мы провели семь суток, после возвращения из замка.