Тайна руин

— А, Даниэлла, — кивнул он, заметив меня. Потом подмигнул. — Уже поделились слухами о моей персоне?

— Фамильяры не сплетничают, они собирают информацию, — просияла я.

С Альфредом у лорда Рендела были неплохие, можно даже сказать, дружеские отношения. А ведь поначалу эти двое терпеть друг друга не могли. Альфреду пришелся не по вкусу новаторский подход нового ректора и его стремление к воспитанию не только фамильяров, но и адептов-попаданцев. Однако вскоре маги смогли найти общий язык, и теперь Снежный был завсегдатаем в кабинете лорда Рендела и его идейным единомышленником.

Старшекурсники шептались, что в методике преподавания он недалеко ушел от Эльтеруса, за тем исключением, что общаться с Альфредом Снежным было намного приятнее.

Обстановка в зале немного разрядилась, но на месте ребят я бы не спешила расслабляться.

— Итак, дорогие фамильяры, — начал вводную Альфред, усевшись не за стол, а на него. — Как вы понимаете, на занятия ко мне вы должны являться исключительно в этом облике.

Преподаватель с легким укором глянул на белобрысую парочку, и та быстро превратилась в волка и ласку.

— Для начала небольшое пояснение, — продолжил Снежный. — Я буду учить вас защищать подопечных. Не только от атакующих заклинаний и проклятий, но и от иллюзорных неприятностей, вроде наведенного холода, голода и прочих недомоганий. Хороший фамильяр старается предотвратить проблемы, поэтому вы должны позаботиться, чтобы ваши подопечные уделяли внимание защищающим заклинаниям.

Я открыла УУМ и сделала несколько пометок.

Некоторые фамильяры последовали моему примеру. Невольно вспомнились причитания Люка. Пожалуй, записывающее заклинание, позволяющее фиксировать сведения на носителе силой мысли, ему бы пригодилось.

Склонившись к Марку, поделилась наблюдениями. Тот кивнул и сказал, что займется этим вопросом. Хорошо Марку, его Люк уже активировал жезл, можно намечать дальнейшую программу обучения. Мне пока о подобном оставалось только мечтать."

"— А теперь ваше первое задание! — возвестил Альфред, широким взмахом руки сбрасывая иллюзию.

Тут-то и выяснилось, что с виду пустой зал таковым не являлся.

— Он прикалывается? — У Марка обвисли уши, а изо рта вывалилась трубка.

— Дэни, он же шутит, да? — поддержала его Соня, с ужасом рассматривая ямы с острыми кольями на дне, раскачивающиеся на веревках бревна, растущие по краям тропы ядовитые кусты с длинными шевелящимися побегами и зубастые цветы такого размера, что в их пасти поместилась бы крупная лошадь.