– Заходите, Мы как раз собирались, есть мороженое.
– Ой, спасибо, тетя Анечка, – засеменила по коридору Людовна. – Я, собственно, позвонить и – домой. А то тетя Наташенька волноваться будет. Я ее даже не предупредила, что ушла.
– У Наташи телефон испортился? – спросила Анна Константиновна.
– Нет, нет, – захихикала Симочка. – Просто тетя Наташенька разговаривает. А мне очень срочно надо позвонить. Можно, тетя Анечка?"
"– Да ради бога! – Анна Константиновна провела ее в гостиную.
Дима поманил Машу обратно в коридор.
– Ты что? – не поняла сестра.
– Сама не догадываешься? – зашептал он ей на ухо. – Подозрительно это.
– Что подозрительно? – удивилась Маша.
Что она пришла звонить к нам. У Ковровой-Водкиной ведь есть телефон.
– Действительно, – в свою очередь охватили подозрения Машу.
– Ты позови бабушку на кухню, а я в гостиной послушаю, – скомандовал брат.
Маша кивнула и тут же крикнула:
– Бабушка! Давай отнесем посуду на кухню! И накроем для сладкого.
Анна Константиновна, не подозревая никакого подвоха, направилась с грязными тарелками на кухню.
Дима затаился в коридоре у входа в гостиную.
– Алло! – донесся до него взволнованный голос Симочки. – Да. Да. Это я.
Пауза. Дима затаил дыхание.
– Нет, – продолжала Симочка. – Ничего не выходит… Да я стараюсь, но ведь не все в моей власти… Множество сложностей и препятствий…
Снова пауза.
– Ах, только не это, – голос у Симочки задрожал. – Я умоляю. Еще несколько дней… Да, да. Хорошо, – обреченно согласилась она. – Я буду держать в курсе дела.
И она повесила трубку. До Димы донеслось тихое всхлипывание. Тяжело вздохнув, Симочка поднялась с кресла и засеменила к двери. Дима стремглав шмыгнул в туалет. Запершись на задвижку, он прижался ухом к двери и стал слушать, что будет дальше.
– Спасибо, тетя Анечка, все в порядке. Я дозвонилась, – прощебетала Симочка.
– Оставайтесь есть мороженое, – послышался голос Анны Константиновны.
– Ой, нет-нет, тетя Анечка! Никак не могу! – быстро проговорила Симочка. – Меня тетя Наташенька всегда ругает, когда я оставляю ее надолго.
И ее можно понять: там эта грубая женщина. Как она вообще ее терпит?
– Татьяна Филимоновна добрейшей души человек, – немедленно встала на защиту приходящей домработницы Анна Константиновна. – И Наташу любит как родную.
– Да-да, тетя Анечка, вы совершенно правы, – поспешно изменила мнение Симочка. – Мне Татьяна Филимоновна самой очень нравится. Такая простая русская женщина. Мне она даже чем-то Арину Родионовну напоминает.
