Онлайн-библиотека книг
И после вчерашнего.
В почти пустой уютной кофейне мы сели за дальний столик у окна, и я приготовилась слушать, смакуя кофе.
- Ты уже знаешь, что познакомились мы с Аркадием тогда, в его офисе. Он сразу уделил мне внимание, я этого не ожидала... А потом и вообще неожиданно оказал неслыханное доверие – ознакомил со своими планами по строительству, с проектом. Вкратце по причине недостатка времени, но я понимала, что такие вещи не показывают и не рассказывают незнакомым, посторонним людям. Не знаю, что его зацепило во мне – мой ли решительный характер (а я знаю свое прозвище), мои ли знания, но уж точно не внешность и статус.
А еще через несколько дней попросил о помощи. Я по голосу поняла, что все очень серьезно. А когда подъехала, и мы вошли в его квартиру… Ярослав сидел на полу под стеной, откинувшись на нее. Стена в крови, руки тоже. Запрокинутое лицо с закрытыми глазами в кровавых полосах, как будто он вытирал слезы окровавленными руками.
Аркадий неестественно спокойным голосом объяснил мне, что он не ест и не пьет уже вторые сутки. Всего на полчаса он оставил его одного и вот … Что он не может вызвать скорую – понятно же, что последует посыл к психиатру. Он искал эти дни врача, которому можно довериться. Состояние ненормальное, если учитывать причину – отставку у любимой девушки. От этого не впадают в такое отчаянье, ну максимум – напьются или найдут другой способ отвлечься.
Аркадий просил меня исполнять его персональные поручения по проекту жилищного комплекса. Каждый день нужно было что-то решать, с разными людьми и в разных местах, а он не мог оставить сына. Я стала его личным помощником. В случаях, когда не могла решить чего-то сама вместе с остальными его помощниками, он консультировал по телефону и… в общем, это неважно. Сейчас не об этом.
Ярослава вытаскивал из этого состояния психиатр, не знаю уж, что там за препараты… потом хороший психолог… Я еще сразу спросила – если я правильно понимаю, все из-за Арины Лескаевой? Она адекватный, нормальный человек.
Ярослав справился, не сразу, но справился. Даже защитил диплом, правда - со сдвигом на год. Это было долго – апатия, нежелание что-то делать, потеря жизненных ориентиров, цели.
