Тайная любовь моего мужа

Подскочила к двери, попыталась попасть в замочную скважину в этой кромешной тьме…

Где-то со стороны Лешиной квартиры снова послышалась возня – похоже, он тоже собирался выйти. Руки затряслись, от страха даже застучали зубы…

Но вот наконец ключ вошел в замок. Едва не зарыдав от счастья, она заскочила в чужую квартиру, точно зная, что хозяйки там нет, и быстро закрылась на все замки, будто кто-то мог к ней ломиться…

Уже позже, сидя на чужом диване, пропахшем какими-то противными, на вкус Милы, духами, она подумала…

Как было бы хорошо, если бы Кира потеряла ребенка.

Она, Мила, могла бы подоспеть вовремя, утешить несчастного Львеночка и забеременеть самой…

Конечно, совсем не хотелось возиться с орущим младенцем, но снова идти работать официанткой хотелось еще меньше….

А можно даже сказать ему, что она беременна, уже сейчас.

Да, именно так она и сделает, а потом…

А потом что-нибудь придумает. Главное – любой ценой остаться рядом.

Рядом с его деньгами.

Глава 53

Жизнь понемногу налаживалась, вставала на какие-то стабильные рельсы. Работа помогала чувствовать себя полезной и необходимой, а дети – живой и любимой.

После ухода Леши – теперь окончательного – больше всего я опасалась, конечно, за Артура. Но сын, кажется, за прошедшее время понял главное: папа его не бросит, папа будет рядом. И этого ему было достаточно, чтобы чувствовать себя хорошо и спокойно."

"Что же касалось самого Леши – за последние дни он вышел со мной на связь лишь однажды.

Говорил торопливо, сухо, по-деловому кратко и емко. Рассказал, что на Милу заведено уголовное дело за покушение на мою жизнь и уверил, что он, со своей стороны, сделает все, чтобы она присела на очень приличный срок.

Обмолвился он и о том, что его бывшая любовница со страху призналась также, что никогда не была беременна. Возможно, он ждал от меня какой-то реакции на это, но мне нечего было ему сказать – это было уже сугубо их дело.

Мы закончили разговор быстро. Я понимала – ему больно. Ему все еще трудно принять, что наш брак – рухнул. Так же, как сложно было принять мне самой, что он – изменил. И что пути назад нет и не будет.

И потому я его не держала, не давала напрасных надежд, не соприкасалась с ним больше, чем то было необходимо. Чем раньше он до конца осознает, что ничего не вернуть – тем раньше сумеет начать новую жизнь.

Как делала сейчас это я сама.