Отвезу тебя в аэропорт через пару часов.
Возможно, он был слишком суров, жесток или даже не прав - но весь его гнев, вся его боль сейчас обратились на ту, что стала последней каплей для терпения Карины. И кого он имел полное право обвинить как минимум в том, что она сделала с его сыном.
И, в общем-то, даже разбираться не хотел, что было у нее в голове в тот момент, когда она это сотворила. Потому что оправданий подобному быть просто не могло.
- Вот так поступаешь… с родной матерью? - откликнулась она задушенным голосом.
- Я с тобой не более жесток, чем ты была со своим внуком. Тоже родным, заметь.
Она хмуро поджала губы, недовольно отвернулась, так ничего и не сказав. А адский пожар внутри него требовал выхода, отмщения - чего угодно, лишь бы заглушить собственное чувство вины.
И эту чудовищную, разрывающую на части смесь боли и страха. Ощущение, что просрал самое главное в своей жизни.
- Ты хоть понимаешь, что натворила? Сожалеешь хоть немного? - выплюнул он, глядя на ее грубоватый, словно выточенный из камня, профиль.
Она качнула головой - едва заметно, но ее слова, хоть и негромко произнесенные, словно выстрел врезались в его грудь.
- Это не я натворила. Ты сам. За столько лет так и не сделал свою сожительницу приличной женщиной! Так почему я должна ее уважать, если ты сам этого не делаешь?
Он прикрыл глаза, зажмурился. Хотелось немедленно вызвать такси, посадить туда мать и отправить ее так далеко, чтобы больше никогда не видеть…
Потому что она была права. Он сам поставил Карину в подобное положение.
- Ты была замужем официально, - огрызнулся в ответ, но без особой злобы, которую все сильнее вытесняло чувство вины. - Много тебе это счастья принесло?
Он ударил по больному месту и сделал это умышленно, специально затронув тему, которую так не любила мать. Уход отца к другой женщине, намного моложе и привлекательнее.
Она ненавидела его после этого настолько, что больше так и не позволила бывшему мужу увидеться с сыном.
- Зато в меня никто не тыкал пальцем, что я какая-то там… - задохнулась в возмущении мать.
- Ну да, - усмехнулся он. - Тебя жалели напоказ, а за спиной шушукались. Конечно, это гораздо лучше.
- Это неважно, - на удивление спокойно, после небольшой паузы, отрезала она.
- Ты права, - поморщился Яков. - Куда важнее вопрос - зачем ты вообще влезла в наши дела?
- Если бы ты сам быстро разрешил ситуацию, мне не пришлось бы вмешиваться!
И снова эти упреки. Теперь - и от этой женщины. Словно он не имел права на ошибку.
