Тайник в старой стене

Потом что-то громыхнуло, и в глаза ударил резкий свет.

– Он очнулся, – послышался сверху скрипучий голос.

Похититель спустился в подвал и уставился на Веню, словно удав на кролика. Он был худ, от него пахло дорогим парфюмом, в руке мужчина держал самшитовую трость.

– Лекса, твою мать, говорю же, спускайся! – крикнул он наверх. – Лощеный приказал доставить этого типчика, как только он придет в себя!

В подвал, тяжело дыша, спустился довольно крупный широколицый мужчина с бритой головой и двойным подбородком.

Подойдя к пленнику, он достал нож и разрезал веревки на руках и ногах Вени.

– Будешь дергаться, зубы вышибу, – от этого пахло потом и табаком.

Веню подняли наверх и втолкнули в комнату. Шторы на окнах были наглухо завешаны, верхний свет не горел, лишь огромный матерчатый торшер, увешанный рюшками и бахромой, освещал помещение так тускло, что Вене после темного подвала даже не пришлось долго привыкать.

За столом сидели пятеро: две женщины и трое мужчин.

По правую сторону восседала миловидная молодая женщина с темными волосами.

Несмотря на сильно накрашенные глаза и яркую помаду, выглядела она довольно аристократично. Волосы она заплела в тугую толстую косу и обернула ее кольцом на затылке; на шее висел черный ониксовый кулон, платье с вырезом на груди тоже было черное, с блестками.

Слева от нее пристроился белобрысый очкарик с треугольным лицом. Сухой как щепка, с темными кругами под глазами и пепельно-серой кожей, он сидел, ссутулившись, и с безразличным выражением лица поедал жареную куриную ножку.

Напротив очкарика сидела еще одна девица: пергидрольная блондинка в броском красном платье. Еще одно место у стола занимал седовласый бородач в серой косоворотке. Он постоянно улыбался, то и дело что-то шептал на ухо блондинке, та при этом негромко хихикала.

Разглядев присутствующих, Веня сразу же выделил для себя пятого – того, кто устроился в центре."

"Это был уже немолодой, но еще привлекательный мужчина в английском твидовом френче, брюках и жилете из тонкой темно-синей шерсти.

Его волосы, на американский манер, были зализаны назад, над верхней губой тонкой полоской красовались усики. Этот уже немолодой франт, чертовски похожий на знаменитого Кларка Гейбла[19], был задумчив, то и дело покусывал губы, при этом все время отрешенно смотрел куда-то в сторону. С первого взгляда можно было безошибочно понять, что именно он здесь – главный. Звали его Жорой Лощеным.