И снова повторилась та же хитрая процедура: обломки тела летучей твари быстро соединились в новую конфигурацию, и оживший «крокодил» поднялся в воздух, хотя по сравнению с первой своей копией он был втрое меньше по размерам.
– «Шмель»! – заорал капитан, поднимаясь на шатающихся ногах.
Тот же юный сержант, проявивший сметливость и спортивную прыткость, ещё до команды командира успел нырнуть в палатку и вынести огнемёт, смело бросился к бассейну и, утвердив ногу на бордюре, навёл трубу «Шмеля» на приближавшегося монстра.
Струя огня длиной в десять метров попала точно в морду «крокодила», и на сей раз этого оказалось достаточно для уничтожения монстра.
С пулемётным треском рассыпаясь на огненные комья, он грохнулся между крытой раздевалкой для купающихся и палатками, образовав полосу догоравших, дымящихся, обугленных чешуй. Некоторые из них ещё шевелились, но вряд ли были способны к объединению.
– Мразь! – выразил своё отношение к происшествию освободившийся от лохмотьев полушубка капитан.
Генерал Дорохов наблюдал за схваткой из люка бронетранспортёра, стоявшего в сотне метров от главного корпуса базы, куда его сопроводила охрана. Убедившись, что опасность миновала, он осмотрел место схватки, понаблюдал за действиями медиков, хлопотавших у тела погибшего специалиста, подозвал военспецов, собиравшихся к бассейну.
– Засняли процесс?
– От начала и до конца, – торопливо ответил начальник исследовательской группы полковник Куницын.
– Посмотрите на большом экране, что получилось, я к вам подойду через полчаса. Ошмётки этого упыря доставьте в лабораторию, всех спецов – на изучение.
– Есть!
Подошёл расстроенный помощник Дорохова, полковник Савкин.
– Трупа нам только не хватало, Андрей Тарасович… теперь повесят на нас всех собак… но ведь кто знал?!
– Не повесят, – буркнул генерал.
– Жаль, что грушники уже уехали… они бы и остались крайними.
– Не переваливай вину с больной головы на здоровую, Василь Михалыч.
Надо было предусмотреть любой вариант развития событий, даже самый фантастический. Найдите мне Платова.
– Да вон он шастает, – показал Савкин на бредущего вдоль бассейна учёного. – Дионисий Порфирьевич, поговори с нами.
Эксперт оглянулся, сунул руки в карманы куртки, подошёл.
– Это не живое создание. Точнее, все его органы представляют собой самостоятельные вариаторы растительного происхождения, но с добавочными мышечными волокнами.
