К счастью, Джордан Холлоуэй нарушил молчание.
— Только не говорите, что автор вы, Кэтрин, — с наигранным страданием прижал он руку к сердцу. — К тому же я всегда был хорошего мнения об Эверсли.
— Вряд ли, — фыркнула леди Эверсли. — Я никогда не отличалась литературными способностями, но если вы время от времени даете благотворительные уроки, Эшборн, непременно приезжайте ко мне.
Лили едва слышала скандальные слова своей спутницы. А Девон, казалось, вышел из транса.
— Об этом пари слишком много разговоров, — сказал он.
— Но оно меня не слишком заботит. Фактически это я и пытаюсь объяснить сейчас Эшборну.
— Какая жалость, — с кошачьей улыбкой сказала леди Эверсли, — потому что, судя по реакции моей приятельницы, увидевшей вас без рубашки, вы вот-вот должны были победить.
Эшборн откашлялся.
— Да… гм…
— Скажите, леди Меррилл, — перебила его леди Эверсли, — как вы думаете, кто выиграет пари?
Лили оглядела собравшихся. Время остановилось. Ей хотелось стереть самодовольный вид с красивого лица Кэтрин.
Лили устала от всеобщего предубеждения. Девон, Энни, а теперь еще эта светская кокетка — все они считают ее предсказуемой. Она не пьет. Она не может быть автором «Тайн брачной ночи».
Лили стиснула зубы. Ее взгляд скользнул по Девону. Он был великолепен. Нечего это отрицать. И все леди явно хотели его.
Гм, и она тоже его хочет.
Идея, которая возникла у нее во время их неожиданной встречи в театре, окончательно сформировалась. Теперь она в этом уверена.
Девон Морган должен ей брачную ночь.
Незабываемую.
Она, наверное, никогда не выйдет замуж. Зато может узнать, каково провести ночь, полную необузданной страсти, в объятиях красивого мужчины, который точно знает, что делать. Реванш не имел к этому никакого отношения. Но она могла одновременно добиться двух целей: насладиться в постели Колтона и поквитаться с ним. Это будет прекрасный способ отомстить.
«Тайны запретной ночи»! Вот что она напишет. И этот памфлет будет продаваться, черт побери!
Лили тронула лошадь и медленно повернулась.
— Нет ответа, леди Меррилл? — окликнула ее леди Эверсли.
— Я ставлю на Колтона, — бросила через плечо Лили и, стегнув лошадь, галопом понеслась к конюшням.
Она улыбалась. Какой шок, должно быть, отразился у всех на лицах!
Глава 21
Лили вошла в бальный зал в бледно-лиловом платье, в том самом, от которого ее глаза сияли, как аметисты. Она много времени потратила на то, чтобы перешить устаревшие еще пять лет назад кружева и отделку.
