Почему-то казалось, что в подземельях обязательно должны быть крысы. И чем таинственнее подземелья, тем крысы больше. Не знаю, откуда такой стереотип. Но мне думалось, что всяко с тканью должно было что-то случиться. Или над зачарованными артефактами время и внешние обстоятельства не властны?
Я продолжал осмотр того, чем можно убить Созидателя. А это действительно было не самое простое занятие. Не только потому, что уничтожение крона вообще сложно назвать рядовым событием. Артефактов оказалось слишком много. К тому же, о назначении большинства из них пока только приходилось догадываться.
К примеру, для чего вот эта огромная хреновина с нитями? Какой-то станок для изготовления одежды? Или вон тот медный кругляш, весьма отдаленно напоминающий астролябию? Про лютню с причудливым изгибом я вообще молчу.
— Барахолка какая-то, — не разделила моей радости Алена. — Всякое говно натащили и бижутерию.
Я обернулся на приспешницу и криво усмехнулся. Все-таки в определенных вещах девушка оставалось недалекой. Не знаю, что тому виной.
Купированная любознательность или отсеченный хист? Она ведь действительно многого не видит и не понимает.
К примеру, сейчас она брезгливо держала перед собой зонт. Я ее понимаю, тот выглядел максимально непрезентабельно — с несколькими сломанными спицами, разорванной тканью и потертой деревянной ручкой. Встретить такой предмет в тайнике Пришлых действительно было довольно неожиданно.
Однако мое внимание привлекло странное знакомое поблескивание недалеко от Алены. Сердце бешено застучало, а ноги сами понесли меня к холодному белому свету.
Не может быть, не может быть!
Осколок оказался прикрыт тряпицей. К слову, самой обычной, не магической. Я даже понял для чего. Потому что стоило приоткрыть ткань, как глаза резануло от яркого света.
— Че за фигня?! — недовольно воскликнула Алена.
Но я ее не слушал. Если бы здесь был Нагиев, он бы сказал, что это не просто осколок — ОСКОЛИЩЕ! Раза в два крупнее того, что я видел у Форсварара. А если судить по мощи… Не знаю, есть ли кто-то после кронов? Но похоже, после использования этой штуковины я именно им и стану.
Даже удивительно, что я не сразу почувствовал эту силу. В свое оправдание могу заметить, что тут было слишком много артефактов, вот они и фонили."
"Моя рука рванулась к Осколку и зависла над нам. Я стану поистине могущественным созданием, равным Созидателю. Но какой будет откат после? Голос разума пытался пробиться сквозь чувство долга. И у него получалось так себе.
