На нем, впрочем, как и всегда, оказалось оживленно. Хорошо, что нам нужно было вниз.
Старенькую деревянную лестницу я заметил не сразу, лишь после того, как Лео указал на нее рукой. Держу пари, чужане ее не замечают. Иначе бы точно убрали — слишком она портила вид. К тому же создавалось впечатление, что стоить по ней хорошенько ударить, лестница рухнет.
Возле нее, прямо на тротуаре, сидел карлик, замотанный в какие-то лохмотья. Если бы перед ним лежала шапка и картонка с надписью: «Бойцам невидимого фронта для поддержания штанов» или «На веселый пропой интеллигенту в пятом поколении», я бы даже внимания не обратил.
Питер славился не только тем, что здесь любили пить, это действительно часто делали с изюминкой. В том числе, и просили на пропой.
Однако никаких призывов о помощи не было. Человечек просто сидел и лениво ковырял большой палец босой ноги. Интересный такой педикюр для бедных. Я провел рукой и почувствовал хист.
Впрочем, стоило нам появиться, пусть и не сразу, но незнакомец встрепенулся. Он поднялся на ноги, завертел головой и наконец нашел причину своего беспокойства.
Но делать ничего не стал, принялся ожидать, когда мы подойдем сами. Я решил не заставлять нервничать понапрасну дивьего человека.
— Здравствуйте, меня зовут Матвей, мне нужно поговорить с Шта, — сказал я.
— Имеешь какое к нему дело, рубежник? — задрал голову.
И настала пора удивляться мне. Потому что дивий человек был удивительно красив. Нет, правда, нечисть с буквально голливудской внешностью — ровные белые зубы, прямой нос, четко очерченные скулы, даже ямочка на подбородке.
Я смотрел и не мог налюбоваться им, потому не сразу ответил.
— У меня дело относительно торговли с зеленицами. Там возникли какие-то трудности.
Дивий человек кивнул и почему-то тяжело вздохнул. Видимо, был в курсе этих самых трудностей.
— Проходи, рубежник. А ты куда?
Это уже адресовалось Алене, которая следом за мной шагнула на лестницу. Пустомеля почему-то решила, что после того, как она из маленькой куколки обратилась в мою помощницу, прав у нее стало практически как у меня.
Если не больше.
— Ты че, лупоглазый, я вообще-то его приспешница. Правая рука по-другому. Короче, циклоп, не беси меня, я страшна в гневе."
"Почему-то угроза смутила нечисть. Или может еще что-то? Я хотел заметить, что сравнения Алены вообще иногда не в кассу — какой лупоглазый или циклоп? Но не стал, еще не хватало отношения выяснять у всех на виду.
Суть в том, что наглость моей приспешницы опять сработала.
