Тайный дневник Верити

Я продолжала притворяться неделю за неделей – это казалось единственным шансом на выживание. Я планировала изображать повреждения мозга, пока не разберусь, как исправить ситуацию.

Не думай, будто мне было легко. Порой это становилось унизительно. Я хотела сдаться. Убить себя. Убить тебя. Меня ужасно злил подобный финал – и что после стольких лет брака ты мог хоть на секунду поверить в правдивость рукописи. Ну серьезно, Джереми. Мужчины действительно верят, что женщины так одержимы сексом? Это выдумка! Разумеется, мне очень нравилось заниматься с тобой любовью, но чаще всего я делала это ради твоего удовольствия.

А не потому, что позарез нуждалась в этом сама.

Ты был хорошим мужем, а я – что бы ты ни думал – хорошей женой. И ты по-прежнему хороший муж. Ты считаешь меня убийцей нашей дочери, но продолжаешь обо мне заботиться. Возможно, ты думаешь, что меня больше здесь нет – что все зло погибло в той аварии, и теперь меня остается только жалеть. И, наверное, ты привез меня домой ради Крю, ведь ему пришлось столько пережить.

Ты понимал – после потери обеих сестер полное расставание с матерью травмирует его еще сильнее.

Несмотря на изложенное в рукописи, именно любовь к нашим детям я всегда ценила в тебе сильнее всего.

За последние месяцы несколько раз мне очень хотелось сказать тебе: я здесь. Это я. Я в порядке. Но это было бы бесполезно. Две попытки убийства не могут пройти бесследно, Джереми. И я знаю: если ты поймешь, что я притворяюсь, прежде, чем я успею сбежать, третья попытка станет успешной.

Я не тешу себя ложными надеждами, будто сумею постепенно переубедить тебя и доказать, как ты ошибался. Ты больше никогда не сможешь мне полностью доверять.

Я делаю все только ради Крю. Я думаю лишь о моем мальчике. С того момента, как я очнулась в больнице, все было только ради него. Мне совершенно не хочется его у тебя забирать, но выбора нет. Он мой ребенок и должен быть со мной. Только он знает, что я по-прежнему здесь – что у меня есть мысли, голос и план.

С ним я могу расслабиться, ведь ему всего пять. Даже если он тебе что-нибудь расскажет, ты спишешь все на бурное воображение или даже на травму."

"Именно ради него я так упорно разыскиваю ту рукопись. Ведь если ты найдешь нас после побега, то попытаешься использовать ее против меня. Заставить его поверить в нее тоже.

В первую ночь, когда ты привез меня домой, я прокралась в кабинет, чтобы удалить ее с ноутбука, но ты уже это сделал.