Тайный оракул

То, первое поколение богов было компанией зануд (я смотрю на вас, Гера, Аид, отец), но Деметра всегда казалась особой доброй и приятной – если не считать ее попыток уничтожить человечество мором и голодом, но, как говорится, у каждого случаются плохие дни.

Потом я допустил ошибку – начал встречаться с одной из ее дочерей. Звали ее, кажется, Хрисофемида, а если ошибаюсь – не обессудьте. Даже когда я был богом, имена бывших в голове как-то не задерживались. Молодая женщина спела песенку на одном из моих дельфийских фестивалей.

Чудесный голос. Вот я и влюбился. По правде говоря, влюблялся я в каждую победительницу и всех участниц, но что тут скажешь? Мелодичный голос – моя слабость.

Деметре это не понравилось. После похищения Аидом Персефоны она с недоверием относилась к попыткам богов ухаживать за ее дочерьми.

В общем, мы крупно поговорили. Сровняли с землей несколько гор. Разрушили несколько городов-государств. Сами знаете, какими горячими бывают семейные споры.

В конце концов заключили какое-никакое перемирие, но с тех пор я взял за правило держаться подальше от детей Деметры.

И вот теперь я – слуга Мэг Маккаффри, самой бесприютной дочери Деметры из всех, что когда-либо размахивали серпом.

Интересно, кто ее отец? Кто этот человек, сумевший привлечь внимание богини? Деметра редко влюблялась в смертных. К тому же девочка обладала необычайной силой. Большинство детей Деметры умели разве что выращивать урожай да защищать его от плесени.

Владение двумя золотыми мечами и умение вызывать зернового духа – таланты высшей категории.

Все эти мысли пролетели у меня в голове, пока Хирон рассеивал толпу, заставляя каждого убрать оружие. Ввиду отсутствия старосты Миранды Гардинер он попросил Билли Нг, единственную оставшуюся в лагере дочь Деметры, сопроводить Мэг в Четвертый дом. Девочки поспешно удалились. Персик, подпрыгивая от волнения, увязался за ними. Напоследок Мэг бросила в мою сторону обеспокоенный взгляд.

Не зная, что делать, я показал ей два больших пальца.

– Увидимся завтра!

Поникшая, она исчезла в темноте.

Уилл Солас обрабатывал раны на голове Шермана Яна. Кайла и Остин стояли над Коннором, решая, стоит ли пересаживать ему волосы. Мне ничего не оставалось, как отправиться в одиночку в свой дом.

Я лежал на кровати посредине комнаты и смотрел на потолочные балки. Какое унылое, просто убийственно примитивное место.