Тайный оракул

Еще накануне вечером обитатели лагеря жаловались, ныли и ворчали, но теперь весь лагерь гудел от возбуждения, как растревоженный улей. Ланч посвятили подготовке – яростно чистили оружие, шнуровали доспехи и перешептывались друг с другом, договариваясь о тайных союзах. Многие пытались подкатить к Харли, создателю маршрута, выведать какие-то секреты и, соответственно, выработать наилучшую стратегию.

Харли нравилось внимание. К концу ланча на его столе высились горки подношений (иначе говоря, взяток) – шоколадные батончики, баночки с арахисовым маслом, мармеладные мишки и игрушечные гоночные машинки.

Бог из него получился бы отличный. Он принимал все дары, произносил благодарности, но ничего, что помогло бы дарителям, так и не выдал.

Я предпринял попытку поговорить с Хироном насчет опасностей леса, но он был так занят последними приготовлениями к соревнованию, что даже стоять рядом с ним оказалось делом рискованным из-за опасности попасть под копыта и быть затоптанным насмерть. Хирон нервно метался по павильону в сопровождении команды арбитров, сатиров и дриад, сравнивая карты и отдавая распоряжения.

– Отслеживать команды будет почти невозможно, – пробормотал он, уткнувшись лицом в схему Лабиринта. – И зона Д совершенно не покрыта.

– Если бы я мог всего лишь…

– Сегодня утром тестовая команда оказалась в Перу, – сказал Хирон, обращаясь к сатирам. – Мы не можем допустить повторения ситуации.

– Насчет леса… – снова вмешался я.

– Да. Извини, Аполлон. Я понимаю, ты обеспокоен…"

"– Лес на самом деле разговаривает.

Ты ведь помнишь старика…

К Хирону подбежала дриада в дымящемся платье.

– Сигнальные ракеты взрываются!

– О боги! Они же у нас на крайний случай!

Он прогарцевал по моим ногам, увлекая за собой шлейф помощников.

Так оно все и шло. Когда ты бог, мир ловит каждое твое слово. Когда же ты шестнадцатилетний подросток… внимания к тебе меньше.

Я попробовал убедить Харли отложить гонку, но он отмахнулся, удостоив меня одним словом «нет».

Харли возился с какой-то механической штуковиной, двигал рычажками и подтягивал пружинки.

Для детей Гефеста это любимое занятие. Меня его забавы, в общем-то, не интересовали, но я, рассчитывая завоевать расположение мальчишки, все же спросил, что это такое.

– Маяк, – ответил он, прилаживая кнопку. – Для тех, кто заблудится.

– То есть для команд в Лабиринте?

– Нет. Вы, ребята, рассчитывайте только сами на себя. Это – для Лео.

– Лео Вальдеса?

Харли, прищурившись, оглядел устройство.