Тайный оракул

А может быть, это Зевс манипулировал моим мозгом, подбрасывая манящие картины правды и тут же их пряча.

– Не помню! – взвыл в отчаянии я.

Мэг и Хирон нервно переглянулись.

– Ты никуда не пойдешь, – твердо заявила Мэг.

– Что? Ты не можешь…

– Это приказ. Никаких походов в лес, пока я не скажу, что можно.

Дрожь прошла от макушки до пяток.

Я сжал кулаки, впившись ногтями в ладони.

– Мэг Маккаффри, если мои дети умрут из-за того, что ты не позволила мне…

– Хирон правильно сказал, ты просто сам погибнешь. Подождем до утра.

Я представил, с каким удовольствием сбросил бы Мэг с солнечной колесницы в самый высокий полдень. Но потом, рассудив как следует, пришел к выводу, что она, может быть, права. Начинать в одиночку спасательную операцию я был не в состоянии. И понимание этого только добавило злости.

Хирон помахал хвостом.

– Что ж, тогда… Увидимся утром. Мы найдем решение. Это я тебе обещаю.

Он еще раз посмотрел на меня, как будто опасаясь, что я вот-вот забегаю кругами и залаю на луну. И потрусил к Большому дому.

Я сердито взглянул на Мэг.

– Останусь снаружи – на случай, если Кайла и Остин вернутся. Если, конечно, ты и это мне не запретишь.

Она лишь пожала плечами. И даже это действовало мне на нервы.

Я сбегал в домик Мэг и прихватил кое-что для похода: фонарик, два одеяла, флягу с водой. Подумав, взял с полки Уилла Соласа несколько книг. Оказывается – что неудивительно – он собирал справочные материалы обо мне, чтобы знакомить с ними новичков. Я надеялся, что, может быть, книги помогут освежить память, а если не получится, пригодятся для растопки.

Мэг все еще ждала на опушке леса. Чего я никак не ожидал, так это того, что девчонка останется нести ночное бдение. Наверно, специально, чтобы позлить меня.

Она села рядом на одеяло и принялась грызть золотое яблоко, которое припрятала под курткой. Между деревьями плыл зимний туман. Ночной ветерок пробегал по траве, оставляя за собой колышущиеся волны.

В других обстоятельствах я, может быть, написал бы об этом поэму.

И долго злиться на Мэг тоже не получалось. Наверно, в глубине души она хотела для меня лучшего или, по крайней мере, не была пока готова терять недавно приобретенного божественного слугу.

Надо отдать должное, с утешениями она не лезла и всяких там вопросов не задавала. Сидела и развлекалась тем, что бросала в лес мелкие камешки. Против этого я ничего не имел.