— Два часа?
Мужской голос, знакомый. Я узнала в нем своего босса — Стефана, и почти сразу же изнутри поднялась волна гнева. Я хорошо помнила, какие грязные способы он использовал, чтобы рассорить меня с Кириллом!
Гнусно опоил меня, уложил в кровать, утверждал, что мы переспали. В тот миг я была в дурном состоянии и не могла различить: правду он говорил или ложь, нужно было немного времени, чтобы прийти в себя, но мне стало дурно, и как результат — падение.
Голова немного болела и казалась тяжелой.
— Два часа, — подтвердила девушка.
— Сейчас пациентка находится в состоянии глубокого медикаментозного сна.
— Как только она придет в себя, сообщите мне сразу же! — приказным тоном заявил Стефан. — Телефон и личные вещи не давать без моего согласия!
— Как прикажете, господин Войцеховски. Мы очень ценим ваши щедрые пожертвования в фонд нашей семейной клиники и готовы предложить целый спектр услуг! — заворковала девушка.
Голоса отдалились, зазвучали шаги и замерли в отдалении, наверное, у самой двери.
— И еще одно, Наталья. Если девушка будет задавать вопросы о состоянии, помните, вы должны отвечать лишь то, о чем договаривались, — снова зазвучал голос Стефана. — Пищевое отравление. Больше ничего."
"— Будет сложно списать такое плохое состояние, пограничное со смертью на простое пищевое отравление! — с сомнением произнесла девушка. — Поймите, скрывать отравление опасными веществами мы не имеем права и…
— И я сделал вашей клинике очень широкий жест. Придумайте что-нибудь.
Например, сотрясение! — щелкнул пальцами босс.
Легкий щелчок отдался в моей голове громким звоном.
— Сотрясение отлично вписывается в картину ее состояния, не так ли? Это, кстати говоря, может и должно послужить причиной, чтобы Василиса осталась в больнице еще некоторое время. Приложите все усилия, говорите убедительно… — сыпал наставлениями Стефан.
Мерзавец!
У меня не было сомнений в том, что босс нарочно опоил меня, причем, не простым вином, но явно подсыпал в него что-то! Теперь подозрения получили прямое подтверждение.
Слова Войцеховски нельзя было истолковать никак иначе, этот подлец буквально сознался в преступлении. Последствия могли быть плачевными для меня. Он перестарался с дозой? Вино и наркотики могли стать причиной смерти.
По телу пронесся ледяной озноб, страх впился в сердце.
Я считала Войцеховски наставником, своим другом. Я знакома со Стефаном несколько лет и считала, что знаю его! Но я жестоко ошиблась.
