— Напишу Стефану спасибо за приятный разговор с вами.
— Не смейте этого делать! Вы даже не выслушали меня. Я вообще не понимаю, кто вы и зачем роетесь в нашем прошлом?!
— Затем, что сейчас рядом со Стефаном находится дорогая моему сердцу женщина, и у меня есть все основания подозревать, что она попала в беду!
— Возможно, — послышался легкий смешок. — Я точно не знаю. Но то, что я знаю, так это следующее. Стефан Войцеховски безумно внимательный, щедрый, обаятельный мужчина. Но не дай боже ему заподозрить вас в предательстве… Он не умеет отпускать и пойдет на все, чтобы удержать желаемое и разрушить то, в чем больше не видит ценности.
Именно это и произошло с нашим браком… Он заподозрил меня в измене, поймал в момент, когда его лучший друг оказывал знаки пристального внимания. Клянусь, что это был просто легкий ни к чему не обязывающий флирт с моей стороны, но Стефану показалось иначе. Он посчитал себя преданным и разрушил наш брак. Самым грязным и нехорошим способом, который только можно вообразить.
Подстроил все так, будто я изменяла ему.
— Как?
— Это…
— Послушайте, мне плевать, ясно? Я вас не вижу и слышу, надеюсь, один-единственный раз в жизни! Если вы уже пострадали от рук этого скользкого типа, пожалуйста, сделайте так, чтобы больше не пострадала другая!
Глава 26
Кирилл Крестовский"
"— Хорошо, — выдохнула бывшая жена Войцеховски. — Я расскажу вам. У Стефана пунктик на предательство. Еще с детства… Что-то связанное с семьей, он не любит распространяться об этом, просто обмолвился несколько раз.
Отсюда я сделала вывод, что тема предательства для него особенно болезненная. В отношении меня он решил, что речь идет о двойном предательстве: со стороны супружеской измены и предательство лучшего друга. Он решил играть на опережение и подставил нас по-крупному. Сыграл филигранно, заманил в ловушку, сыграл на слабостях. Все выглядело так, словно его лучший друг попытался «обуть» Стефана на большие деньги и приплел сюда же якобы супружескую неверность.
Вы даже себе не представляете, как ловко он умеет водить за нос и доводить до нервного срыва. Он будто предугадывал каждое мое действие, мне казалось, что за мной постоянно следят, даже паранойя развилась. Следил ли он за мной? Думаю, да! Но доказать ничего не удалось. В бракоразводном процессе он выставил меня лгуньей, изменщицей, лишил честного имени и состояния, поставил под сомнение мои профессиональные качества и психическое состояние.
