Ты можешь узнать это, заглянув в его расписание."
"— Кирилл, скажи, в чем дело? — попросила мама. — У тебя есть основания подозревать, что приступ был вызван нарочно?
— Возможно.
— Ох, давай разберемся на месте? Когда ты вылетаешь?
Я едва не ответил: прямо сейчас! Но потом заставил себя притормозить и мыслить здраво.
— Кирюш! — позвала меня мама.
— Мама, дай мне несколько минут. Прошу тебя. Пока выясни, с кем у отца были встречи. Скиньте мне все его расписание за последние два месяца… Я перезвоню!
Я принялся ходить кругами, в голове вращались шестеренки на безумной скорости.
Нужно было быть холодным, расчетливым и мыслить на несколько шагов вперед!
Как бы я поступил, чтобы получить желаемое, но недоступное, зная, что за объектом моего вожделения присматривают хорошенько?
Разумеется, отвлек бы внимание на другую проблему.
Моя интуиция подсказывала, что приступ у отца случился не просто так. Момент был выбран нарочно, чтобы я, обеспокоенный за жизнь родных, сорвался с места и оставил Василису, сына и дочь без присмотра.
Расчет был верным: мне до зубовного скрежета хотелось проведать отца и поддержать маму. Но разве я мог оставить без присмотра сына и любимую женщину?!
Нужно было решить мгновенно!
Снова зазвонил телефон.
Это была мама.
— Я отправила тебе расписание с телефона отца, он аккуратно вел записи в электронном файле.
— Хорошо, я сейчас посмотрю! И дай мне контакты службы безопасности… Нужно кое-что проверить.
— Кирюш, когда ты приедешь? Ты же приедешь? — с надеждой спросила мама.
— Сначала я выясню, что случилось, перезвоню. Жди моего звонка…
Ни о каком отдыхе не могло быть и речи! Все мои чувства обострились, злость придавала сил и решимости. Я пристально изучил расписание, но отдавал себе отчет, что Стефан мог действовать не сам, а через посредника. Однако первый же просмотренный лист электронной записи гласил, что у отца была встреча в офисе с неким «Стефаном В» незадолго до того, как отца скосило приступом.
Я созвонился со службой безопасности отца и запросил данные из офиса, куда мой отец изредка наведывался.
К сожалению, там была установлена всего лишь камера в холле и невозможно было разобрать, кто на записи. Высокий брюнет, похож на Стефана, но точно нельзя сказать — Войцеховски или нет, брюнет очень удачно избегал попадаться лицом в камеру. Но имя в записи словно кричало: «Да, да это он!» Кричало и манило…
Я с огромным трудом подавил желание броситься на самолет в тот же миг.
