— Что ты знаешь о младенцах? Бык-осеменитель! Тебе не место рядом с Василисой! Она достойна лучшего.
— Ах ты ж… — выдал матерную тираду Крестовский, разозлившись.
Стефан легко ушел в сторону и подло нацелился в пах Кирилла.
— Стефан! — воскликнула я. — Прекрати!
Мужчина сцепились, совсем не слушая. Я посмотрела по сторонам, не зная, как разнять мужчин и заметила охранника, стоящего с огнетушителем в руках.
— Пожар ликвидирован, — отчитался, услышав мой взгляд. — Небольшой очаг возгорания.
Дом не был затронут. Только один из шатров и скатерть.
— Разнимите дерущихся! Немедленно.
— Приказа не было! — поджал губы.
— Приказ?! Как эта штука работает? — разозлилась, выдернув огнетушитель.
Я подобралась к мужчинам и нажала на рычаг, обдав драчунов струей пышной пены. Только после этого они застыли и разжали хватку, начав отплевываться от пены. Стефан снял с лица кусок пены.
— Василиса! Твое вмешательство было совсем ни к чему. Я почти уделал этого петуха!
— Кого ты петухом назвал?! — рявкнул Кирилл и чуть было не бросился на Стефана.
Но на выручку мне снова пришел огнетушитель и Крестовскому пришлось прикрывать глаза ладонью от струи пены.
— Хватит! — крикнула я, отбросив огнетушитель в сторону.
— Поверь, я бы решил этот вопрос культурно, дорогая… — начал босс.
— О, давай я тебя культурно разорю и выставлю прочь из страны с голой задницей? — предложил Крестовский.
— Хочешь состоянием померяться? А давай! — фыркнул Стефан, выплюнув кусочек пены изо рта.
Клочья пены повисли на усах босса.
— Нечего там мерить. Р-р-раздавлю, как блоху! — пригрозил Кирилл.
— Только при этом ты уничтожишь блестящую карьеру Василисы. Я многое ей дал, — похвастался Стефан. — Помог встать на ноги, а ты снова все уничтожишь! Хотя тебе не привыкать. Твоя семейка вообще не считается с чужими потерями.
— Зассал? Ясно, что зассал. Даже обделался, поди, от страха быть раздавленным.
— Я?! Нет!
— Отлично. Тогда победитель забирает все! — потребовал Крестовский.
— Девушку и ее сына, — подтвердил Войцеховски. — Очень скоро Милош будет называть меня папой, а потом я награжу свою жену еще одним младенцем. Сына ей подарю! Теперь уже нашего общего, и он унаследует все!
— Прекратите! Надоели! Оба! — рявкнула я.
Меня даже затрясло от гнева! Эти два мужчины мерились состояниями, хвалились не осуществленными победами, делили меня и сынишку, как будто ценный приз.
