– И что мне теперь делать?
– Следить за своей подопечной.
И ни слова заботы обо мне!
– Она сама прекрасно следит за собой, – буркнула с обидой.
– Не дерзи. У нас договор. Тем более что отравление Виктории подтвердилось. Вполне вероятно, кто-то из невест начал убирать конкуренток.
Нет, он не лгал. Просто недоговаривал. Но при этом внимательно следил за моим лицом. А я изо всех сил пыталась сохранить нейтральное выражение и не выдать, что знаю правду.
– Думаешь, Эльза в этом замешана? – осторожно спросила.
– Все может быть, – мрачно ответил принц. – Просто присматривай за ней.
– Она меня еле терпит. Надо было дать ей другую помощницу, одну из ее свиты.
Губы принца дернулись в едва заметной улыбке.
– Нет, ты идеально подходишь. Кстати, забыл сообщить приятную новость.
Я подумала, что ослышалась. Но искорки в глазах Айзена подсказали, что он задумал какую-то каверзу. Значит, новость будет “приятной” в кавычках.
– Раз ты родственница Сарраха, то он должен официально представить тебя правящей семье и старшим кланам.
Скоро осенний бал, это единственный день в году, когда мой отец заглядывает в Академию. Думаю, именно тогда тебя ему и представят.
– И в чем подвох? – насупилась я.
– На балах принято танцевать, – его ухмылка стала шире. – Ректор сказал, что ты не умеешь. Поэтому я буду тебя обучать.
– Ты?! Разве в академии нет учителя танцев?
– Нет, конечно. Это же не школа изящных искусств. Но ты не переживай, я буду нежен.
Теперь я уже не сомневалась: этот гад надо мной издевается.
***
На занятия я в тот день так и не попала.
Айзен ушел, предупредив, что с завтрашнего дня начинаются мои мучения (то есть учения) танцам, и ни словом не обмолвился о погибшей невесте. А за ужином нам сообщили, что студентка боевого факультета Виктория Абервуд решила запечатать дар и прервать обучение. Причина: семейные обстоятельства.
За столами поднялся тихий гул.
Я совсем не удивилась, потому что уже все знала. Но мне пришлось изобразить удивление, потому что Арика и остальная компания начали бурно обсуждать эту новость.
– Все так подозрительно! – шептались они.
Да и не только они, за другими столами тоже раздавались шепотки.
– Что за “семейные обстоятельства”?
Но ответов ни у кого не было.
Я для виду тоже поохала и повозмущалась. Правда, пришлось это делать под перекрестными взглядами Айзена и Эльсанира. Оба принца смотрели так, будто хотели сказать: я о тебе все знаю, но молчу, потому что мне это выгодно.
