Так целует ужасное чудовище...

Так, чтобы меня было слышно несмотря на возникший шепот. – И сейчас она мне нужна. Я хочу знать, могу ли я ее забрать.

- Если Милигард уйдет, для меня это будет огромным оскорблением, - Ева опять влезла в разговор.

Даглас потер переносицу большим и указательным пальцем, после чего поднял на меня взгляд своих черных глаз. Им полоснул.

- Сегодня эта горничная в распоряжении Евы, - оборвал он весь этот разговор. Ева засияла. Точно так же, как и ее служанки. У меня же все внутри сжалось от раздражения. – И чтобы больше такого разговора не было.

Я не собираюсь тратить время на такие проблемы.

- А его больше и не будет. Все ответы на свои вопросы я получила, - сказала холодно, услышав следующие слова Евы:

- За работу, - сказала она Мили. Девушка дернулась и уже собиралась разворачиваться, но я ее остановила:

- Подожди.

Мили остановилась и кинула на меня растерянный взгляд.

- Увольняйся, Милигард, - сказала ей. После моих слов в помещение возникла кромешная тишина. Казалось, что даже было слышно тихое шуршание листьев за окном.

Девушка посмотрела на меня ошарашено и все еще немного испугано. На то, что я сказала, она не решалась. Все понимали почему. Особенно это было ясно Еве – Мили не могла потерять работу. Но я ободряюще кивнула и Мили, хоть и растерянно, но все же сказала:

- Я… Я увольняюсь…

- Хорошо, - я опять кивнула. – Я тебя нанимаю. Теперь ты работаешь на меня, - после этого я обернулась к Еве. – С этого момента Милигард является моей горничной и ты больше не имеешь права ей что-либо приказывать.

Если в следующий раз твоим горничным нужно будет вымыть уборные, а все они будут, как сейчас заняты накладыванием одного куска торта на твою тарелку, сама бери и мой им туалеты.

После этого я подошла к Мили и, взяв ее за руку, под полную тишину и взгляды всех, кто тут был, вышла прочь из обеденного зала.

Внутри все еще полыхала злость, поэтому я не сразу заметила одну странность. Лишь когда мы вышли на улицу я поняла, что с ладонью Мили что-то не так.

Остановившись, подняла ее и ужаснулась. Вся кожа была неисправимо сморщенная, а около ногтей виднелась кровь.

- Что это такое? Моющими пожгла? – спросила, сквозь плотно сжатые зубы. От ладоней девушки исходил едкий запах.

- Все нормально. Это пройдет, - девушка рвано покачала головой. – Госпожа Ева и раньше давала такие моющие. Через несколько дней ранки заживут. Я… Я хотела бы вас поблагодарить.

- Не стоит, - оборвала девушку.