На тот участок кожи, который еще мгновение назад был скрытым тканью нижнего белья, но уже теперь являлся слишком интимно обнаженным. – Ты мое проклятое предпочтение и мой фетиш.
- Еще скажите, что я для вас особенная, - мне было невыносимо жарко. Я уже плавилась и чувствовала себя еще менее устойчивой, из-за чего, когда трусики скользнули к коленкам, я положила ладонь на плечо Тейлора. Чтобы упереться об него и немного приподнять одну ногу.
Внезапно пальцы Дагласа сжали мой подбородок и заставили наклониться. Так, что теперь наши губы разделяли лишь считанные миллиметры и его разъяренный взгляд впился прямо в мои глаза.
- Ты вроде умная, но иногда такой гребанный бред несешь, - его горячее дыхание, коснувшееся моих губ, показалось настоящей мукой.
- О чем вы?
- Я, блядь, тебе себя в рабство отдал, решив даже не пытаться разорвать клятву. Так какого черта ты считаешь, что не особенная для меня?
В его пальцах, которыми он сжимал мое лицо ощущалось напряжение и обречение. Второй рукой перехватив меня за талию, Тейлор рывком дернул на себя.
Так, что я упала к нему на ноги, лицом уткнувшись в стальной торс, но почти сразу Даглас поменял мое положение. Приподнял так, словно я вообще ничего не весила, и положил на свои колени животом вниз. Я растерялась, но даже приподняться на руках не успела, как ладонь Тейлора опустилась на мою попу в сильном и болезненном шлепке, от которого я даже вскрикнула.
- Что вы… делаете? – спросила, широко раскрыв глаза. Это действительно было больно. – Вы ненормальный.
Новый шлепок. Вновь болезненный и расцветающий на коже сильным жжением. Я вскрикнула и ладонями уперлась в мягкий подлокотник. Прогнулась, пытаясь встать, но добилась лишь того, что выгнулась в спине, против воли еще сильнее подставляя попу, по которой последовал очередной шлепок, после чего Даглас сжал бедро и, наклонившись, укусил меня за плечо.
- Оказывается, шлепать тебя охрененно. Мне определенно нравится, - на месте укуса появился поцелуй. Отнюдь не мягкий. Скорее в каждом своем мгновении жаркий и напоминающий раскаленный метал.
Меня от него мгновенно пронзило ознобом, который, сплетаясь с остатками боли от шлепков, ввергал меня в состояние миллиарда водоворотов, в которых меня швыряло из стороны в сторону, ни на мгновение не позволяя опуститься на землю.
- Вы сказали, что отдали себя мне в рабство. Так вот… из вас получается ужасный раб, - процедила сквозь плотно сжатые зубы, но ту злость, которая полыхнула у меня в голосе, я скорее изображала.
