Сразу с несколькими она флиртовала, но никого прямо очень близко не подпускала. Создавалось ощущение, что ей просто нравилось мужское внимание."
"Седьмая – Кубина Жоро. О ней я даже не знаю, что сказать. Тихая и спокойная девушка, но лишь до поры, до времени, ведь, если она уж и начинала что-то говорить, то это звучало примерно так: «Я самая великолепная. Падайте передо мной на колени». При этом весила она около ста десяти килограмм, но себя обожала. Ну и она влюблена в Рима. То есть, в того самого единственного тут нормального парня.
И, поскольку она была свято уверена в том, что он не найдет девушки лучше, чем она, всячески с ним флиртовало. Рима от этого коробило, но ей подобное не мешало. Она считала, что он ее тоже любит, но стесняется признаться. Хотя, вот как раз Рим стеснительным не был.
Восьмой и девятый – два брата Щет и Маш Коноры. Два… придурка. Тут без комментариев.
Десятая – Трави.
Одиннадцатая – я.
Двенадцатая – Лилит Ком. Она уже признанный Джокер.
Менять ранги, то есть нумерацию студентов, могла только Милинг и сегодня она меня и Лилит поменяла местами.
То есть, я стала двенадцатой. Самой последней. Худшей.
С этим Милинг меня пренебрежительно поздравила, на что я ничего не ответила. Сделала вид, что ее просто не слышала, что девушку знатно разозлило и она призвала всю группу меня сторониться.
Ее не послушалась только Трави, а Милинг, будучи на взводе и ей влепила статус будущего Джокера.
Когда началась очередная пара – стало ясно, что и Крейг меня не сторонится. Пока что мы на людях не общались, но Милинг и остальных задело уже то, что он не отсаживается от меня.
К слову, Рим тоже не стал отсаживаться. Он занимал место рядом с Роро. Вообще они неожиданно подружились. Еще утром чуть не подрались, а потом внезапно начали общаться. Что это означало, я не имела ни малейшего понятия. Может, мужская дружба? Сначала подраться, а потом подружиться?
Таким образом, группа начала трещать. Мы с Трави, как два следующих Джокера. Крейг и Рим, как те, кто не начал нас избегать, словно прокаженных.
Кубина, будучи влюбленной в Рима, тут же подняла панику и попыталась его и Крейга переманить на сторону «добра».
- Да чего вы там сидите? Вам мест других мало?
- Можешь, пожалуйста, просто отвалить? – устало спросил Рим.
- Как ты со мной разговариваешь? Я тебе добра желаю.
С какой-то стороны за всем этим было даже интересно наблюдать. А с какой-то – нет.
На следующей лекции наша группа была объединена с еще одной группой первокурсников.
