Так точно, товарищ полковник, или влюблённая поневоле

 — Оставьте, пожалуйста, свои данные, мы посмотрим, что можно сделать в этой ситуации. В ближайшее время с вами свяжутся.

Клиенты переглядываются и тоже встают. Прощаются, и я с подступающей тошнотой вижу, что на лицах у них появляется слабая надежда. Вот же… дерьмо.

Стоит только им выйти, как я оборачиваюсь к Павлу.

— Инга просила данные по этому списку контор, — не спрашиваю, утверждаю.

— Верно, — он кивает. — И ты поручил это Кудрявцевой, исполняющей обязанности твоего секретаря.

— А теперь договоров нет, — его лицо ожесточается.

 — Как оригиналов, так и копий. И в системе удалена вся информация. Это ведь ты дал Алине доступ к основной внутренней базе агентства?

После ухода Полкана я звоню Саше — предупредить, что сегодня можно прийти в агентство попозже. Обещаю, что приду вечером на тренировку, иначе про участие в реконструкции можно будет забыть. А закончив разговор, понимаю, что ни на чём не могу сосредоточиться.

Никогда особенно не верила в интуицию и во все эти штучки, но сейчас сердце прямо сжимается от нехорошего предчувствия.

У меня всё валится из рук, и в итоге я решаю, что лучше уж нервничать на работе. Там, если даже не найду, чем себя занять, по крайней мере буду в гуще событий.

Наскоро заплетаю свободную косу — почему-то мне кажется, что сейчас, после пожара, не стоит разгуливать по офису с распущенными волосами — надеваю простые тёмные брюки с рубашкой и выхожу из дома.

Когда приезжаю в агентство, вовремя вспомнив, забираю на первом этаже свой цветок, который оставила тут вчера.

Фикус уже выглядит настолько бодро и симпатично, что его можно не только в приёмную — в кабинет поставить.

Поднимаюсь на нужный этаж и тут же наталкиваюсь на обсуждающих что-то Максима и Ксению Владимировну. Макс бросает на меня какой-то непонятный вороватый взгляд, а юрист хмурится. Подхожу ближе.

— Здравствуйте, — киваю им обоим, — что-то не так?

— Так, Макс, — Ксения Владимировна решительно берёт меня за локоть. — Ты Алину не видел. Я сначала сама с ней поговорю, понял?

— Конечно, — оперативник кивает и моментально испаряется.

— Идём, цыплёнок, — юрист кивает на свой кабинет. — Давай быстрее, пока тебя никто не заметил.

— Да что такое? — я пугаюсь, видя мрачное выражение на её лице.

— Садись, — она плотно закрывает дверь, дёргает окно, открывает запечатанную раму и закуривает.

— Ксения Владимировна, — говорю неуверенно, — датчики дыма ведь…

— Они пока отключены, — юрист невозмутимо сбрасывает пепел в окно, надеюсь, не кому-нибудь на голову.