Так точно, товарищ полковник, или влюблённая поневоле

Это настолько выбивается из моей картины мира, что я наконец отлипаю взглядом от потолка и смотрю на своих посетителей.

— И чем я могу помочь? — спрашиваю осторожно.

— Даниил, — Добрынин откидывается на стуле и кивает своему знакомому.

— Никита сказал, что вы профессионал, — начинает второй хирург.

Меня так и тянет съязвить на эту тему, но я решаю сделать хоть что-то полезное на сегодня — а именно заткнуться и выслушать.

— Мне нужно собрать информацию об одном человеке, — он протягивает мне какой-то лист, напоминающий одну из больничных форм.

— Добрая Агния Станиславовна? — поднимаю брови. — Да уж, имя не так чтобы распространённое. И что с ней случилось? Пропала, сбежала?

— Это только от тебя, Богатырёв, сбегают, — бурчит Добрынин.

— Молчи лучше, — кидаю на него выразительный взгляд, — а то вспомню кое-что…

— Не надо! — Никита поднимает вверх руки, сдаваясь.

— Может, вы потом отношения выясните? — Игнатьев закатывает глаза. — Она никуда не пропадала и ни от кого не сбегала.

— Кто? Муж-мудак? — уточняю.

— Врачебный мир тесен, — смотрю на него. — Вы врач-хирург. Она… тоже врач. Зачем вам я, если вы быстрее меня всю информацию соберёте?

— Кучу сплетен я и так знаю, — вздыхает Игнатьев. — Мне нужна правда.

— Правда… — вздыхаю.

Ну… почему бы и не помочь?

— Ладно, — пожимаю плечами и тянусь за телефоном. — Макс, зайди ко мне, — командую в трубку, а затем смотрю на Игнатьева.

— Вчера? — хмыкает Игнатьев.

— Как и всегда, — качаю головой. — Я возьму на контроль. Но несколько дней понадобятся.

Раздаётся стук, и в приоткрывшуюся дверь с опаской заглядывает Максим.

— Звали, Полкан Игоревич?

— Да, пообщайся с клиентом, — киваю на Игнатьева, и тот встаёт.

— Я подожду, — Добрынин складывает руки на груди.

Дверь захлопывается.

— Всех сотрудников распугал? — вполне миролюбиво спрашивает Никита.

— Допустим, — пожимаю плечами. — К чему спрашиваешь?

— К тому, что я сам был в такой же ситуации, — хирург не смотрит на меня, обводит взглядом кабинет. — Мне помогли. И как бы это глупо ни звучало, за мной долг. Поэтому я хочу помочь тебе.

Вздёргиваю бровь, глядя на него. В груди появляется противное тянущее чувство.