Так точно, товарищ полковник, или влюблённая поневоле

Поглаживаю пальцами вдоль кромки коротко остриженных волос. Мужчина замирает, глядя мне в глаза, но не отстраняется.

— «А счастье было так возможно, так близко… Вы должны, я вас прошу, меня оставить…»

— Интересно, где? — он словно выходит из какого-то транса, подхватывает меня на руки. — Здесь, на улице? Щас же! Не дождёшься!

Прислоняюсь головой к его плечу и закрываю глаза. Он крепко прижимает меня к себе и медленно идёт вперёд. С закрытыми глазами мне кажется, будто я лечу.

Уже почти погрузившись в сон, ощущаю, как чувство полёта прекращается, меня опускают на какую-то мягкую поверхность. Удобно… Сворачиваюсь калачиком. Чувствую, как меня легко гладят по голове, убирают с лица мешающуюся прядь волос. Распахиваю глаза, с трудом фокусируясь на мужском лице.

— Поцелуй меня, — шепчу, притягивая его к себе.

— Что же ты со мной делаешь, малышка, — слышу в ответ тихое, чувствую на своих губах мягкое прикосновение и проваливаюсь в темноту.

В себя прихожу рывком. Открываю глаза и замираю. В комнате темно, то есть сейчас либо ещё ночь, либо очень раннее утро. Дико хочется пить. Вожусь под укрывающим меня одеялом и вскрикиваю, когда рядом раздаётся заспанный хриплый голос.

— Стакан с водой на тумбочке справа от тебя.

— Что?.. — подскакиваю, оглядываясь, и обнаруживаю, что на кровати рядом со мной, на животе, подмяв под себя подушку, лежит Полкан.

— Говорю, вода вон там, — машет он в сторону.

 — Наверняка же пить хочешь. Попей и ложись, ещё очень рано.

Это какой-то сюр. Заторможенно беру стакан, выпиваю воду и только собираюсь аккуратно откинуть одеяло и слинять куда-нибудь — куда угодно! на диван! на кресло! — как Богатырёв, не поднимая головы, сообщает:

— Кровать в квартире одна. Спать больше негде. Так что будь добра, ляг и не вертись, у меня сил нет тебя перетаскивать ещё откуда-нибудь.

Мне становится неловко. Кто знает, что бы случилось, если б он за мной не приехал… Поэтому осторожно ложусь обратно.

Правда, совсем замереть не получается. И сон не идёт.

— Алина-а, ну дай ты поспать! — стонет мужчина после того, как я в очередной раз вожусь, пытаясь устроиться поудобнее.

— Да спите себе, что я, мешаю, что ли? — бурчу себе под нос.

И тут меня обхватывают за талию, рывком пододвигают к крепкому торсу, ещё и ногу закидывают сверху.

— Эй! — возмущаюсь.