Такая Империя

Под руку попало что-то теплое и темный подмастерье стараясь понять что это, поднес его к лицу.

Это оказался парный артефакт, сделанный еще в Чайке, для одной торговки…

Парень резко присел и принялся рассматривать золотое кольцо с угольно черным камнем. Проводя над ним кистью, он уловил слабый сигнал метки.

— Ты уже третий день сидишь как истукан, — произнес Арт, явившийся к нему в комнату. — Жизнь не сошлась клином на одной женщине.

— В том то и дело, — не отводя взгляда от кольца, ответил Мак. — Для тебя это просто женщина.

— Я похоронил много братьев по оружию, я хоронил детей и…

— Сколько ты похоронил друзей? — прервал его темный подмастерье. — Сколько из них погибло по твоей вине.

Арт молчал, но Мак не собирался останавливаться и начал задавать неудобные вопросы:

— Что ты делал, когда из-за твоего выбора погибла твоя любовь? Сколько ты собирался с духом, чтобы признать, что это случилось по твоей вине?

Темный паладин не издал ни звука.

— Молчишь? Вот и молчи, — произнес темный подмастерье и встал с пола, после чего громко крикнул: — Буран! Плевок!

Как только из коридора, ведущего в спальни, и из лаборатории показались головы братьев, Мак скомандовал:

— Если у вас есть срочные дела — займитесь ими.

Я со шкафом отправляюсь на юго-запад, в бухту «Малую подкову». — Парень надел на палец кольцо и оглядел собравшихся. — Выступаю сегодня.

— У меня тут дел нету, — подал голос Буран.

— У тебя есть план? — подал голос Арт. — Стоит ли известить о нем альянс?

— Плана нет, — ответил Мак с трудом сдернув с вешалки исцеляющий артефакт.

 — Зато появилась цель. Я всю жизнь жил чужой жизнью. Что в прошлом мире, что здесь. Пора бы уже начинать жить для себя.

Зал на пике всех стихий оказался пуст. Но время шло и он начал заполняться тьмой. Она словно зараза расползалась из углов, постепенно проникая все глубже.

Когда свет от входа в пещеру сузился до размеров метрового пятачка, из тьмы сделал шаг первый проклятый. Это был высокий худощавый мужчина, молча оглядевшийся в пустом зале.

За ним начали выходить остальные.

Все происходило в полной тишине. Никто не спешил начинать разговор.

— Еще немного и вы превратитесь в тени, — произнес появившийся из тьмы Кратос. — Наша стихия по началу стала нашим домом, а теперь стала нашей тюрьмой.

Его слова заставили многих скривиться. Некоторые втянули головы, но нашлись и те, кто просто усмехнулся.

— Я снова вижу, что снова многие отсутствуют, — заметил бывший глава клана «Падающий лист».