Слава встал, отставил костыль в сторону и, поймав равновесие, остался стоять неподвижно. Потом аккуратно повернулся к родителям Маруси и произнес:
– Егор Никифорович, Нина Ивановна, я прошу у вас руки вашей дочери. Понимаю, вы меня совсем не знаете и видите первый раз в жизни, но я люблю вашу дочь, а она любит меня. Ваша семья – пример для подражания для нас с Марусей. Я обещаю любить ее до тех пор, пока бьется мое сердце, обещаю сделать так, чтобы ваша дочь, став моей женой, была счастлива в браке и никогда не знала горя и нищеты.
Наверное, я не самый завидный жених, и мне в ближайшие три месяца предстоит не самый легкий период в жизни. Я говорю об этом сразу и не таясь. Также сообщаю, что Ваша дочь не хочет отпускать меня одного на операцию. Я пойму и приму любое ваше решение. Если вы решите, что Марусе сейчас не стоит лететь со мной, а мне лучше вернуться к этому вопросу лишь после операции, то я приму ваше решение и сделаю так, но от Маруси я не откажусь! – Вячеслав чуть склонил голову в знак того, что примет решение родителей любимой девушки.
– Ну, а я прошу у вас руки Олеси. Славка сказал золотые слова, мне нечего к ним ни добавить, ни убавить, – вклинился в тишину Гарик.
– Мы согласны! – услышал Вячеслав голос отца Маруси. – Вместе надо быть не только в счастье, но и уметь преодолевать совместные проблемы. Маруся у нас – умная девушка, и если она готова быть с тобой в этот период твоей жизни, значит, ты достоин ее.
Гарик, а тебе скажу, если ты обидишь Олесю, то и на том свете ты не найдешь покоя, впрочем, ты и сам это понимаешь!
– Гарик, ну твою ж в дышло! Такую речь испортил! – разрядил обстановку Василий. После этого тишину прорвало плотиной поздравлений. Заговорили все и сразу. Слезы, улыбки, объятия, поздравления.
У Вячеслава, как и у Гарика, никогда не было своей семьи, да еще такой большой и дружной, и вот теперь им предстояло стать ее частью.
Два таких разных мужчины нашли свое счастье одновременно, независимо друг от друга, оказавшись внезапно связанными общими делами и подругами-невестами.
Вячеслав с Марусей улетели через четыре дня. В аэропорту их провожали только Гарик с Олесей, а так же Сиплый и Иришка. Своей семье Маруся запретила приезжать, сказав:"
"– Мы же только на три месяца улетаем. Нечего там устраивать проводы всем табором! – поэтому со всеми они простились у них дома.
